-- Никого нет. Во Франции теперь республика.
-- Что?
-- Республика. Сами собою управляются. Ни императора, ни короля...
Луна пожевала губами, как будто неожиданность доставила ей величайшее удовольствие.
-- Вот видишь, Антошка,-- сказала она,-- уж и не бывать их даже там!.. Нешто не сон?.. А я помню: сарафан красный с позументом, кокошник нижегородский высокий, поднизь жемчужная... да! И по щеке трепал... Бородка козлиная и очи пивные... Ну зачем он мне был, скажи пожалуйста?
-- Пожалуй, что права: тебе не надобен.
-- И я ему?! для чего это так надо было, чтобы я, ростовская баба, козыряла перед французским царем в Париже, одетая в сарафан нижегородский, а он меня по щеке трепал?! С чего он умер-то? Ровно бы и рано? Мужчина был еще свежий.
-- Каменную болезнь имел. В плену умер. Неприятелем разбитый, трона лишенный.
Марина Пантелеймоновна залилась искреннейшим и веселейшим смехом.
-- Что с тобою?