-- Да ведь он сам по себе ничего парень-то, милейший сей Евграф Сергеевич...-- пытался защитить бедного Каролеева сконфуженный Бурст.-- В делах у него всегда действительно есть что-то такое...
-- Хапужное! -- со смехом подсказала Лангзаммер.
-- Уж вы! -- огрызнулся на нее Бурст,-- язык на том свете черти каленым железом припекут!.. А в домашнем обиходе Каролеев -- рубаха-малый, и на спрос у него отказа нет.
-- Вроде купцов, значит,-- усмехнулся Берцов,-- миллион украдет и сейчас же тысячу пожертвует на колокол для спасения души.
-- Бурст потому заступается за Каролеева,-- не унималась Лангзаммер,-- что у того жена хорошенькая, и наш тевтон пред нею тает.
Бурст сделал зверские глаза и проворчал:
-- А вот это уж и свинство.
-- Ах как вежливо!
-- Да если вы глупости сплетничаете!
-- А если вы такой: не можете равнодушно видеть смазливой рожицы,-- сейчас же таете как воск?