-- Да тише ты, тише... нехорошо... услышит, -- нехорошо...
-- А очень мне надо! Прощай!
-- Да что же прощай? -- заторопился, удерживая его за рукав, Тихон.-- Ничего не сказал, только накричал и -- прощай! Небось не попусту, а за делом явился... Ну хорошо, хорошо, так уж и быть, входи... Давай здесь, в кухоньке, поговорим, -- все теплее, чем в коридоре. Да и от людей бережнее. В горницу -- извини, -- хоть убей, не впущу!.. А что надо, сказывай: твои слова -- мое дело!
-- А! На какое дело ты способен! Бабник!
-- Да уж ладно, слышали! Одно другому не мешает... ты говори, говори!..
Он судорожно смеялся, застывая от холода, желая угодить другу и бросая тревожные взгляды через плечо назад в темную свою квартиру. Борис испытал его долгим-долгим взглядом.
-- Я, брат Тихон, уж и боюсь, -- сказал он угрюмо.-- Одну вещь тут... спрятать надо... Но теперь... черт тебя знает!.. Бабы всякие к тебе шляются...
Тихон перебил его весело и смело:
-- Это не касающее... Б-р-р! У, черт! И холодно же... ровно на льду... Давай, -- что там у тебя?.. Ух, и застудил же ты меня, Боря!..
Борис, все пронизывая его глазами, распахнул пальто. Тихон наклонился к тюку с лампочкою.