Однажды -- еще до этого было, я только что с постели встала и по квартире двигаться начала -- приносит ко мне посыльный, красная шапка, пакет. Надписан почерком Галактиона. Ну, руки задрожали, в глазах рябь пошла... Распечатала: чек на четыре тысячи рублей и коротенькое официальное письмо, что, мол, "милостивая государыня Елена Венедиктовна, не имея возможности далее заведовать операциями по вверенной Вами мне сумме, препровождаю Вам оную с накопившимися по сей день процентами, на каковые прилагаю расчетный лист,-- готовый к услугам Галактион Шуплов..."
-- А?! Как это, по-вашему?!-- резко воскликнула она, шлепнув ладонью по столу. -- А поди, скажете: благородно?
-- А что же? -- храбро возразил я. -- Поступил прилично. Не мог же он удерживать ваши деньги после того, что между вами произошло.
-- Да какие же они, к дьяволу, мои, когда он, может быть, больше, чем вдесятеро, на меня истратил?
-- Ну, знаете, это совсем особый счет... Деловые люди не любят смешивать рубрик расхода.
-- Да, да,-- горько усмехнулась она. -- Это -- совсем как тот мой американский дантист: после третьего ужина дает мне двести рублей и говорит: "Но, Лильхен, из них вы уж, пожалуйста, заплатите мне семьдесят пять, которые вы мне должны, потому что это профессиональное... Все на свете имеет цену: вы имеете цену, мой труд имеет цену, я плачу вам за ваш труд, вы должны мне заплатить за мой..." Вот при случае расскажите-ка дядюшке вашему, какие политикоэкономы бывают на свете... и в изобилии!.. Да-а-а... Так ваш суд тот, что, избив женщину до полусмерти, прислать ей деньги -- это порядочно?
-- Если бы он прислал вам уплату за избиение, то было бы непорядочно... А так, как вы рассказываете,-- что же тут? Ликвидация деловых отношений и закрытый счет.
Она неодобрительно качала большой головой.
-- Ох вы, мужчины! Как снисходительно тонко друг друга судите!
-- Елена Венедиктовна, согласитесь, однако, что, будь ваш Галактион бессовестным негодяем, он мог бы и вовсе не обеспокоить себя уплатою этих денег...