Официант подал железнодорожный путеводитель, в который Тесемкин и зарылся.
-- Вот -- по-ихнему, в 23 часа 25 минут, стало быть, в половине двенадцатого direttissimo... {Курьерский поезд (ит.).} С ним и махнем, нечего прохлажаться-то... Времени -- аккурат, чтобы не спеша пообедать и пройтись по галерее... Cameriere! карточку... И уж, пожалуйста, друг мой, не брыкайтесь, послушайте меня: довольно поэтических вольностей, опустимся в достойную нашего возраста и положения прозу.
Обедали долго, распили фиаску кьянти и бутылку asti pumante {Сорт белого вина асти (фр.).}. Тесемкин хотел уже спросить счет, когда метрдотель таинственно подошел к Вельскому:
-- Pardon, monsieur... Дама, которая сегодня у нас завтракала с вами, просит вас выйти к ней на минутку... Она ждет у подъезда в фиакре...
-- Начинается!-- с досадою и неудовольствием протянул Тесемкин.-- Не ходите, Матвей Ильич...
Но Вельский уже поднялся.
-- Но,-- сказал он метрдотелю,-- просите же даму сюда...
-- Мы уже предлагали, но она не пожелала...
Метрдотель двусмысленно улыбнулся и добавил:
-- Я должен вас предупредить, monsieur, что дама не одна. При ней какая-то странная особа. Даже не разобрать женщина это или ребенок... Во всяком случае, ее туалет...