-- Да -- кто же мне даст 500 франков? за что? Ведь пятьсот франков per un colpo {Торговля в розницу (ит.).} даже и вам не платят...
-- Значит, послала тебе фортуна благодетельного чудака. Есть такая пословица, что дуракам счастье... Пользуйся!
Отсюда, многоуважаемый г. Вельский, вы можете заключить, каковы здесь наши заработки. Женщина работает в Милане три года и, хотя из маленьких, но все же не тротуарщица какая-нибудь, а между тем все не то что не получала,-- это-то, конечно, где уж!-- чудом из чудес случилось!-- но даже не видывала, какие бывают пятьсот франков... Страшная конкуренция. Женщин много, мужчин мало. Иностранцы перестали ездить в Италию, чтобы развлекаться. Французы сидят в Монте-Карло. Англичан почти не видно, немцы скупы, ездят в обрез, а русские обеднели. Ни бояр, ни богатых коммерсантов. Ведь у вас там всегда одно из двух: либо революция, либо холера. Сюда выезжают теперь такие странные русские, что прежде и не видано. Не говорю уж об aspiranti dell'arte {Кандидат в сочинители (ит.).}. Это все -- наши соседи, по тем же дырам и захолустьям ютятся, где и наша сестра, также голодают, перебиваются на хлебцах в два сольдо и вине из фонтана. Но вдруг нагрянут какие-то научные экскурсии, что ли,-- бродят толпами, на Корсо только и речи слышишь, что русскую, и у всех такой голодный вид, что так вот и хочется, от жалости, часы с себя снять и им отдать...
-- А политических эмигрантов встречаете?
Фиорина примолкла. Потом нехотя сказала:
-- Этим я даже не признаюсь, что я русская.
-- Не любите их?
-- Напротив. Я республиканка.
-- Ого!
-- Чему же вы удивляетесь? Между нами много республиканок. Либо анархистка, либо республиканка, либо католическая ханжа, папистка. Все -- крайние. Середины никогда нет.