-- Рюлинские...
-- Ага!.. Это известная "генеральша"?
-- Ну да...
-- Эффектные штучки! Познакомиться бы?
-- Ну, брат, это -- с посконным рылом в калашный ряд. Тут, сотнями и тысячами пахнет...
Маша передала слышанный разговор Адели.
-- Очень просто,-- невозмутимо объяснила та,-- эти господа принимают нас за кокоток... Очень лестно: доказывает, что мы хорошо одеваемся... Вы говорите,-- они сказали: "Пахнет сотнями и тысячами?.." Ну вот и поздравляю: теперь мы, по крайней мере, знаем, сколько стоим, если нам случится сделаться кокотками...
Некоторое недоумение Маши: почему же эти господа приняли ее, Жозю и Адель за кокоток, раз им известно, что дамы -- "рюлинские",-- Адель умела ловко замять и заговорить так, что оно уже и не всплывало наверх...
Почти после каждого спектакля знакомые увлекали подруг ужинать к Кюба или "Медведю" либо мчали их на тройках к Эрнесту и Фелисьену.
-- Черт знает что за жизнь мы ведем,-- зевала на другой день часу во втором дня, в постели, усталая Адель.-- Право, даже уж и неестественно как-то стало -- засыпать без шампанского и не слыхав румынского оркестра {Ср. Корнич, 35. Роль ресторана в тайной прост<итуции>.-- Канкарович, 92--95.}.