-- Нашей сестры в Питере много, а Люська -- в своем роде, единственный экземпляр.
-- Полно, пожалуйста. Кого вы морочите? На Никольском рынке,-- вот где прислугу нанимают, этих ваших Люсек -- прямо из деревни -- сколько угодно.
-- Вот и поищите себе Люську на Никольском рынке,-- спокойно сказала Адель,-- а наша пусть останется при нас.
-- Тьфу! Ну только ради Панамидзе... человек-то больно нужный...
-- Не скаредничайте, не жалейте,-- ласково говорила Адель.-- Ведь уж не даром вы затеяли этот ужин. Истратите две-три тысячи, а делишек обделаете на сто. Так не грех за то побаловать и нас, бедненьких...
-- Скидки не будет?
-- А ни-ни. Prix fixe. С какой стати? У нас клиентуры -- хоть отбавляй. И то придется обидеть кого-нибудь для вас. Ей-Богу, все вечера расписаны на две недели вперед.
-- Министр вы, Адель.
-- Да уж министр ли, нет ли, а денежки пожалуйте.
-- Но я буду надеяться: все буцет аккуратно и благородно?