Нет, еще мало страдал я во имя свободы и света,
Я не достоин, о братья святого названья поэта!
Истинно Божий певец, одаренный любовью,
Скорбью рожденный людской и крещенный изгнаньем
Каждую песнь покупает страданьем,
Славу же -- кровью!
Это то самое, что и Некрасов сказал в одном из блестящих четверостиший своих в посмертной записной книжке:
Развенчан нами сей кумир
С его бездейственной, фразистою любовью.
Умны мы стали: верит мир