Горько заплакалъ притворщикъ Матвѣй, разбилъ бокалъ о земь, истопталъ ногами стекло, а самъ причитаетъ:
-- Горе мнѣ, я пришелъ слишкомъ поздно!..
-- Скажи мнѣ, государь! Скажи, славный графъ Робертъ! что сдѣлаешь ты тому, кто лишилъ тебя наслѣдника престола?
-- Богомъ всемогущимъ клянусь! Когда бы узналъ я подлеца, живымъ бы спалилъ его въ смоляной бочкѣ.
-- Знай же, Робертъ: принца сгубила жена твоя, дама Іоланта отравила наслѣдника трона. Нечистой любовью пылала она -- и не встрѣтила въ принцѣ отвѣта. И злая ненависть смѣнила любовь: стало Іолантѣ тѣсно съ Карломъ на свѣтѣ. Мстя за обиду, она отравила его -- вчера, за ужиномъ, въ похлебкѣ съ бобами.
-- Отшельникъ Матвѣй! страшныя вещи ты говоришь, Если ты лжешь -- отъ маковки до пятъ сдерутъ съ тебя кожу.
-- Не лгалъ я отродясь, графъ Робертъ, и теперь мнѣ лгать не пристало. Вотъ письмо Іоланты, гдѣ пишетъ она о грѣшной любви. Обыщи ее -- ядъ ея съ нею.
Страшно разгнѣвался графъ. Зоветъ жену онъ къ допросу.
-- Что у тебя въ мѣшкѣ, что ты на поясѣ носишь?
Склянку нашли въ мѣшкѣ, а въ склянкѣ ядъ, разящій человѣка, какъ громомъ.