Лида. Сидитъ въ классной, говоритъ съ Митей. Послала меня просить тебя, чтобы одѣвалась.
Людмила Александровна. Хорошо, скажи, что сейчасъ буду готова... Проси ее пока ко мнѣ.
Лида уходитъ.
Степанъ Ильичъ, мнѣ денегъ надо.
Верховскій. Сколько угодно, матушка, сколько угодно. Но... ты опять куда-то съ Липкой?
Людмила Александровна. Да, ѣдемъ кататься, а потомъ за покупками. Можетъ быть, въ оперетку сегодня вечеромъ поѣдемъ.
Верховскій. Значить, на весь день?
Людмила Александровна. Можетъ быть, и на весь день.
Верховскій. Воля твоя, Людмила Александровна, а я этого не понимаю. То есть до чего, въ послѣднее время, распустила себя эта Олимпіада, вы, Аркадій Николаевичъ, и вообразить не можете. Вся Москва кричитъ объ ея безпутствахъ. Тамъ и докторъ какой-то, и скрипачъ, и піанистъ. А Милочка, чѣмъ бы обуздать ее, да образумить...
Людмила Александровна. Оставьте Липу въ покоѣ. Кому она мѣшаетъ?