Ковчеговъ. Оттого, что нельзя.
Вихровъ. Помилуйте, что за птица особенная князь Радунскій? У царя онъ въ давней и полной немилости, знакомые и родные отъ него отреклись, связи онъ растерялъ... И, все-таки, мы стоимъ предъ нимъ въ безсиліи, a онъ въ усъ никому не дуетъ и своеволитъ по уѣзду, какъ киргизъ-кайсакъ.
Ковчеговъ. Молодой человѣкъ, отвѣчу вамъ татарскою пословицею: "нѣтъ острѣй зубовъ одинокаго волка". Радунскій онъ, сударь мой! Радунскій!
Вихровъ. Ну?
Ковчеговъ. Только и всего. больше никакого страха не требуется. Радунскій -- значить, берегись! Порода змѣиная.
Вихровъ. Не понимаю, что вреднаго онъ можетъ намъ сдѣлать?
Ковчеговъ. Все!.. Рѣшительно всего отъ него должно ожидать... Онъ въ прадѣда своего, говорятъ, въ князя Романа, a прадѣдъ этотъ, молодой человѣкъ, костромскаго воеводу высѣкъ.
Вихровъ. Мало ли, что было при царѣ, Горохѣ!
Ковчеговъ. И вовсе не при Горохѣ, a императрица Екатерина правила.
Вихровъ. Вы ужъ не боитесь ли, что внучекъ насъ съ вами высѣчетъ?