-- Ты чертовски красива сегодня,-- сказал он,-- но у тебя усталое лицо...
В голосе его звучали совестливые ноты. Елена Сергеевна чутко поймала их и улыбнулась.
-- Можешь успокоиться: устала не душою, но телом. Власти предержащие мучили весь день. То генерал-губернатор, то полицеймейстер...
-- Да, да, да!-- заторопился, заволновался артист,-- ну чем же ты кончила с ними? ну что же? ну как же? Расскажи.
Елена Сергеевна коротко и сухо передала ему свой разговор с генерал-губернатором.
Берлога даже побледнел под красками.
-- Однако... черт побери! Угощают же нас!.. Черт побери! Что же это? Выходит, что нас посадили под куст, как щедринский волк -- виноватых зайцев: может быть, растерзают, а может быть, и помилуют?
Елена Сергеевна пожала плечами.
-- Да неужели же, Леля, мы старались и работали только для одного спектакля?
-- Увидим...