Берлога хватал его в объятия, трепал, обнимал, целовал:
-- Сила! ты меня поддел!
А Сила наблюдал его с каким-то влюбленным презрением и сопел, сквозь жиры свои, утираясь красным фуляром:
-- Отстань... упаточил... Невидаль, подумаешь: мудрено тебя поддеть!
-- Эх, Сила! Опоздал ты родиться!
-- Да уж не знаю-с, опоздал ли, поспешил ли, а только, что, пожалуй, ты прав: действительно, не ко времени-с... Как-то... не то-с!
-- При царе Алексее Михайловиче какой бы из тебя Стенька Разин вышел!
Сила Кузьмич улыбался, утирался фуляром и говорил:
-- Стенькою Разиным нас, волжан, не оконфузишь... В каком же русском человеке-с нет кусочка -- от Стеньки Разина-с? Я с генерал-губернатором нашим однажды о русском человеке беседовал... по душам-с... Умное слово от старика слышал-с.
-- Да -- ну?!