-- Ах, Лиза! Не говорите общих мест. Если бы вы знали, сколько раз в жизни я слыхал это!
Она смотрела на него восторженно.
-- Да! Вы -- бог! Вы -- настолько бог, что вам жаль людей, которые ниже вас,-- вам хочется снизойти в равенство с ними, уподобиться им... Вы -- бог, жаждущий быть чернью, стремящийся выпачкаться о людей, s'encanailler {Опустившихся (фр.).}, как говорит Александра Викентьевна.
-- Лиза, к сожалению, мы -- после ужина, и я даже не могу спеть вам, как Моцарт:
Ба! Право? Может быть!
Но божество мое проголодалось...
Потому что Сила по обыкновению закормил по горло.
Наседкина омрачилась и прошептала:
-- Вот так всегда -- ваша манера: оборвать насмешкою и запачкать прозою каждый мой сильный, искренний, поэтический порыв...
Она красиво положила красивую свою руку на рукав его тужурки.