-- Зачем? Кавказские голубцы тушить?
-- Нет,-- увенчать победителя и победительницу. Вы же сами говорите, что Лиза понимает вас только в венке из виноградных листьев.
* * *
Сила Кузьмич Хлебенный взялся довезти Аухфиша до типографии, где печатался "Почтальон". Старый журналист давно уже отвык ложиться спать без того, чтобы хоть мельком не взглянуть на готовые к печати полосы выходящего номера. Ехали в покойной, приятно зыбкой карете, и оба молчали, в темноте экипажа почти невидимые друг для друга, погруженные -- каждый -- в свои думы, напитанные впечатлениями недавних эмоций.
-- Да-с,-- шумно вздохнул Сила,-- да-с... хорошо... Весьма даже увлекательно-с. А все-таки, ежели по правде-с... Не то!..
-- Вы думаете? -- тревожно оторвался от мыслей своих Аухфиш,-- вы думаете, что Нордман сделал не то?
-- Нет-с, этого я не дерзаю... Сам-то Нордман, кажется, сделал аккурат то, на что рассчитывал, что следовало ему сделать, и сколько ему его искусство позволяло-с: мастерски потрафил, куда наметил,-- в самую точку-с. Но не ко времени нам оно. И не к месту-с. И из его того у нас -- большое не то выйдет-с. Вроде как бы речь праведника на площадях Содома и Гоморры-с. Я его, вашего Нордмана, сейчас не иначе, как за ангела чистого, почитаю-с. Ну а мы, грешные, черти не черти, но не так чтобы уж очень далеко от них ушли-с.
Он долго молчал.
-- Эта мамаша его-с -- для меня -- какой-то аллегорический зверь-с, будто из Апокалипсиса...
-- Скажете! Язычок у вас, Сила Кузьмич!