-- Нет, этого нельзя: дешево. Нет расчета, потому что портит репутацию и прекращает карьеру к жизни. Репутация, Маша, тоже капитал. Без нее нельзя.
-- Нельзя-то нельзя,-- согласилась Юлович,-- только я, бедняга, всегда на этот счет соображать опаздывала...
Настя журчала:
-- Но -- что две тысячи -- большая сумма, в этом ты мне поверь. Много за нее купить можно... особливо, если у нашей сестры и по тайности... хороший капитал!..
Юлович покрутила головою.
-- Ну, знаешь! ты при посторонних так не откровенничай.
-- А что?
-- Да ведь пожалуй, кто и предложит... Как ты тогда?
-- А у нас с Андреем Викторовичем,-- продолжала Настя, пропуская мимо ушей замечание приятельницы,-- у нас взамен обстоятельного знакомства -- косоворотка, да голубой воротник, да барышни в барашковых шапочках. Крика много, лаврового листу -- на два полка щей наварит, а существенного и нет ничего. Намедни книги поднесли, Шекспира сочинения. По-моему, насмешка одна! Ну зачем оперному певцу книги? Разве которые оперные -- читают? Это уж преставления света ждать надо, ежели мы, оперные, в книгу носы уткнем!
-- Врешь: Андрюшка читает!