Оглянуться не успела,
Как весна катит в глаза...4
А с нею прикатывали и экзамены. Игрушки отправлялись к черту: начиналась зубрежка. От бельэтажа до чердачных мансард, всюду точат, зудят, трубят, начитывают, уткнувшись в литографированные листы лекций, словно в заклинательные магические книги. А над поникшими головами заклинателей веют грозные тени Боголепова, Янжула, Муромцева, и незримое их присутствие многих знакомит с совершенно новыми ощущениями: как мурашки бегут по спине, как волос дыбом встает, как цыганский пот прошибает... Кажется, в эту пору оставались верными философическому принципу ничегонеделания только лицеисты, эти безмундирные предки нынешних белоподкладочников. Именно из этой неунывающей и богатенькой среды вышел знаменитый экзаменационный гимн, благодаря которому даже стрельненские цыгане введены отчасти в дебри римского права:
Передо мною книга Гая.
Раскрыт четвертый институт:
Экзамен скоро, дорогая!
Кама ми тут?
Передо мною чашка чая.
А не шампанского бокал...
Экзамен скоро, дорогая!