Маргарита Николаевна закусила было губы, но вдруг сама расхохоталась.
-- Нет, это невозможно!-- смеялась она, спрыгнув с парапета и уже безо всякой рисовки, -- нам с вами надо раззнакомиться. Нельзя, чтобы два человека вечно угадывали и ловили друг друга в тайных грешках.
-- Позвольте: где же "друг друга"? Пока, мне кажется, только я вас ловлю.
-- Это еще хуже! вы безупречны, мой шевалье де Грие, -- и читаете крошечные тайны своей Манон, как книгу. Это и опасно, и скучно, и несправедливо. Мне вас совестно, а вам меня -- нет: неравные ставки. Верители, я иногда почти жалею, что мы с вами стали такими близкими друзьями.
-- Покорнейше благодарю! утешили!
-- Нет, вообще-то это прекрасно, я очень рада... Но мы с вами скоро утратим всякую занимательность друг для друга! Станем как учебники, вызубренные наизусть. Вот вы подошли -- и тотчас же отыскали моих гренадеров. А я тем временем стою и думаю: сейчас Дмитрий Владимирович производит сыск, зачем я изображаю из себя живую картину? А ну, -- угадает или нет?
-- Как видите, угадал!
-- Всего грустнее, -- лукаво продолжала Рехтберг, -- что при таких отношениях уж с вами-то самим не приходится больше играть. То есть играть можно, но -- только в очень крупную, всерьез... брр!.. и хочется, и колется, и страшно...
Лештуков перебил ее.
-- А вы не находите, -- полусерьезно заметил он, глядя в сторону, -- что маленькой игры я претерпел уже более чем достаточно? По крайней мере, я, с своей стороны, сыт ею по горло!