Франческо только покосился на него с презрением.
-- Скажите? Как же это нет, ежели адженция содрала с меня тысячу франков за скрипуру, да еще агент выпросил перстень на память?
-- Дорогой? -- спросил Кистяков.
-- С кошачьим глазом.
По телеграмме оказывалось, что Франческо, в самом деле, получил ангажемент на карнавал в город Лоди изображать в "Лукреции Борджиа" дуку ди Феррара.
-- Ай да Франческо! Ай да потомственный почетный гражданин!-- вопил Леман. -- Слитки с тебя. Шампанского ставь, дука ди Феррара!
А лукавый Кистяков говорил, подмигивая:
-- Вот Вильгельм Александрович интересовался намедни, известный ты или неизвестный. Теперь, пожалуй, и впрямь в известности выскочишь.
Франческо самодовольно ухмылялся и как труба трубил:
-- Вьени ля миа вендеетта {Ты идешь, месть моя (ит.). },-- начальную фразу будущей своей дебютной арии.