Сказал царь Танг: "Великий Бог даровал народу нравственный смысл,-- инстинкт своих нужд и правильных путей исторической жизни".
Дело правителя блюсти пути эти, повинуясь нравственному смыслу народа.
Nota bene. Царь Танг -- основатель династии Шанг в 1766 году до Р.Х. 1766 + 1908 = 3674... Почти четыре тысячи лет! И, увы, для российской "правой", с ее Бобринскими, Крупенскими, Келеповскими и т.д., эта китайская "конституция" до сих пор -- неоткрытая Америка! И даже -- крамола!
Нет ли одного слова, достаточного, как общее правило для руководства человека во всей его практической жизни? Да, есть слово: "Шу" {Альтруизм.}. Оно обозначает: "Чего вы себе от других не желаете, того сами не делайте другим".
Ни сумма добра, ни сумма зла не исчезают из мира. Потомство семьи, которая накопляет в себе добро, со временем узнает счастье, а потомство семьи, накопляющей в себе зло, в свое время подвергнется жестоким бедам.
Любить ли, ненавидеть ли -- может и умеет только истинно порядочный человек.
Ученый должен быть чуждым партийности. Всеобъемлющим умом охватывая жизнь, он сознает свое положение высшим всех других и не желает выйти из него. Всегда и везде он остается самим собою. Честность и искренность -- его панцирь, а добродетель и приличие -- его щит. Когда ученый верен своему пути, над головой его реет, подобно птице, милосердие. Даже самое свирепое и деспотическое правительство бессильно изменить образ мыслей ученого. Что бы оно ни делало, ученый не может отступить от своего пути.
ИЗ ЛАО-ЦЗЫ
Умножение запретительных узаконений пропорционально обеднению народа. Суровость наказаний размножает преступников. Чрезмерное обогащение страны случайными доходностями порождает деморализацию государства и семьи. Слишком большое увлечение искусством вводит в моду странную фантастику и безумства изощрений.
Nota bene. Разве первая, вторая и третья формулы Лао-Цзы не приходятся сейчас русской действительности, как шапки по Сеньке? Неудачный протекционизм девяностых годов разрешился в нищету вечно недородного государства. Ужасы исключительных положений и специальных судов подняли процент преступности до неслыханных размеров, совершенно уронивших ценность жизни в народе. Насильственный, напускной эстетизм интеллигенции дошел до решительного бегства от действительности, до "смерти быта", безобразных вычурностей и порнографии литературно-художественного декаданса.