Со двора онъ сталъ съѣзжать,--
Надсмѣхаться надъ нимъ сталъ:
-- Ты ворона, ты ворона,--
Подгущенный грачъ!
Не умѣла ты, ворона,
Яснаго сокола пинать,
Во когтяхъ крѣпко держать!
По другой версіи, Краснощековъ "наѣзжаетъ въ гости" къ Шведу и этотъ удалой подвигъ приписывается Платову.
Относительно Платова мнѣ привелось слышать ту же легенду въ слѣдующей версіи:
"Сказано: "Казакъ Платовъ согрѣшатъ, усы, бороду побрилъ". А за Платовымъ тутъ никакого грѣха не было, онъ зналъ что дѣлалъ. Усы и бороду побрилъ онъ, чтобъ его не узналъ французъ. Одѣлся онъ купцомъ и поѣхалъ къ самому Наполеону и сталъ это спрашивать, не надо ли ему разнаго припасу, ну тамъ хлѣба, овса, пороху. Французъ тутъ обрадовался и говоритъ: хлѣба доставь мнѣ столько-то, овса столько-то, пороху столько-то. Вотъ Платовъ и узналъ, сколько у него припасовъ. Потомъ онъ вывѣдалъ, "чѣмъ французъ воинъ". А французъ его спрашиваетъ: "А какой, говоритъ, такой Платовъ у васъ есть? Всѣхъ, говоритъ, генераловъ знаю, одного Платова не видалъ". А Платовъ говоритъ: "Погляди на меня -- онъ какъ есть я, все единственно". А французъ все не понимаетъ. Да тутъ зашла дочка француза и говоритъ Платову: "Карточку вашу покажить!" Ну, Платовъ туда-сюда, да ужъ не вывернуться. Выбѣжалъ, сѣлъ на коня и крикнулъ: "Эхъ ворона, ворона! Ясна-сокола не могъ поймать, казака Платова не могъ опознать!" И ускакалъ!" {Записано въ 1889 г. въ селѣ Краснопольѣ, Славяносербскаго уѣзда, Екатеринославской губерніи.}.