Но Ночь сидѣла молча и безучастно. Тогда мать заломала руки и съ слезами на глазахъ запѣла. И много пѣсенъ было спѣто ею, но еще больше было пролито слезъ. И тогда Ночь сказала: "Ступай направо, въ темный сосновый лѣсъ: я видѣла, какъ Смерть пошла туда съ твоимъ ребенкомъ".
Въ глубинѣ лѣса дороги расходились, и мать не знала, по какой ей идти. Тутъ она замѣтила терновый кустъ, на которомъ не было ни листьевъ, ни цвѣтовъ; время было зимнее и ледяныя сосульки висѣли на всѣхъ вѣткахъ.
-- Не проходила-ли здѣсь Смерть съ моимъ ребенкомъ?-- спросила она.
-- Да, проходила!-- отвѣчалъ терновый кустъ:-- но я не скажу тебѣ, по какой она пошла дорогѣ, пока ты не отогрѣешь меня на своей груди. Я окоченѣлъ и скоро совсѣмъ превращусь въ ледъ.
И мать прижала терновый кустъ къ своей груди, крѣпко-крѣпко прижала, чтобы онъ скорѣе согрѣлся. И шипы вонзились ей въ тѣло и кровь ея полилась крупными каплями. Но терновый кустъ пустилъ свѣжіе зеленые листья и зацвѣлъ среди холодной зимней ночи: такъ тепло было у сердца скорбящей матери. И тогда терновникъ указалъ ей дорогу, по которой ей слѣдовало пойти.
Вотъ пришла она къ большому озеру, на которомъ не было ни корабля, ни лодки. Озеро не достаточно еще замерзло для того, чтобы она могла пройти но льду, но въ то-же время оно не было настолько мелко, чтобы можно было перейти его въ бродъ. А перейти его было необходимо, иначе она не отыщетъ своего ребенка. И вотъ она прильнула къ озеру, чтобы выпить изъ него всю воду. Это было, конечно, нѣчто невозможное для человѣка, но бѣдная мать надѣялась -- авось случится какое-нибудь чудо.
-- Нѣтъ, это ты напрасно затѣяла!-- сказало озеро.-- Давай лучше сойдемся полюбовно. Я люблю собирать жемчугъ, а твои глаза -- двѣ прекраснѣйшихъ жемчужины, какія только случалось мнѣ видѣть. Хочешь, выплачь ихъ въ меня,-- я перевезу тебя тогда въ ту большую теплицу, гдѣ обитаетъ Смерть, ухаживая за цвѣтами и деревьями; каждое изъ растеній представляетъ человѣческую душу.
-- О, чего не отдамъ я за то, чтобы только возвратить мое дитя!-- сказала мать вся въ слезахъ. И она заплакала еще сильнѣе, и глаза ея упали на дно озера и превратились въ двѣ драгоцѣнныя жемчужины. Тогда озеро подняло ее, точно на качеляхъ, и въ одно мгновеніе перенесло на другой берегъ, гдѣ стоялъ чудный домъ въ нѣсколько миль длины. Трудно было рѣшить, гора-ли это съ лѣсами и пещерами, или зданіе, выстроенное человѣческими руками. Но бѣдная мать ничего этого не видала: она вѣдь выплакала свои глаза.
-- Гдѣ-же мнѣ найти Смерть, унесшую моего ребенка?-- спросила она,
-- Она еще не приходила сюда!-- отвѣчала сѣдая могильщица, которая присматривала за теплицею Смерти.-- Но какъ-же ты-то попала сюда? кто помогъ тебѣ?