К вечеру разыгралась сильная непогода; он поторопился отыскать себе убежище под чьей-либо крышей; но вскоре совсем стемнело; наконец, он достиг маленькой церкви, стоявшей совершенно одиноко на невысоком холме.
"Здесь я сяду в какой-нибудь уголок! -- сказал он и вошел в церковь. -- Я очень устал и мне необходимо немного отдохнуть". С этими словами он сел, сложил руки и прошептал свою вечернюю молитву; не успел он и опомниться, как уже заснул и грезил в то время, как на дворе сверкала молния и грохотал гром.
Когда он проснулся, была полночь. Гроза прошла и луна светила в окна церкви. Посреди церкви стоял открытый гроб с покойником, которого не успели похоронить в этот день. Иоганн был не из боязливых, потому что у него была чистая совесть, кроме того, он хорошо знал, что покойники никому не причиняют зла. Но главное, кто делает дурное, -- злые люди. Двое таких живых злых людей стояли возле мертвеца, которого поставили сюда в церковь до похорон; они хотели сделать ему зло, не дать ему спокойно лежать в гробу; они хотели выбросить его за дверь церкви. Бедный покойник!
-- Почему вы хотите это сделать? -- спросил Иоганн. -- Это злой и дурной поступок, дайте ему спокойно лежать во имя Христа.
-- Чепуха! -- сказали оба злодея. -- Он нас обманул! Он задолжал нам много денег: он не мог их заплатить; теперь он, к тому же, еще умер, и, значит, мы не получим ни гроша! Поэтому мы и хотим отомстить ему, -- он должен лежать за церковной дверью, как собака!
-- У меня есть только пятьдесят талеров, -- сказал Иоганн, -- это всё полученное мною наследство; но я охотно отдам вам эти деньги, если вы обещаете мне оставить в покое бедного умершего. Я как-нибудь обойдусь без денег; у меня здоровые, сильные руки и ноги, и Господь поможет мне во всякое время.
-- Хорошо, -- сказали люди, -- если ты хочешь заплатить его долг, мы ничего ему не сделаем, можешь быть в этом уверен! И они взяли деньги, которые он им предложил, громко посмеялись над его добродушием и пошли своей дорогой. Он же снова уложил тело в гробу и сложил его руки. Затем он простился с покойником и, довольный, пошел дальше через лес.
Здесь, на освещенных месяцем лужайках, сквозь лесную чащу он видел весело игравших хорошеньких, маленьких эльфов. Они не пугались его: они отлично знали, что он добрый, невинный человек, а ведь только злым людям эльфы никогда не показываются. Некоторые из них были не больше половины пальца, а между тем они подкололи свои длинные, золотистые волосы золотыми гребнями; они качались попарно на крупных каплях росы, которые сверкали на листьях и на высоких былинках; иногда капля скатывалась, и они падали в высокую траву, и это вызывало смех и шум среди остальных. Как тут всё было мило и хорошо!.. Они пели, и Иоганн отлично узнавал хорошенькие песенки, которым его учили, когда он был еще маленьким мальчиком. Большие пестрые пауки с серебряными коронами на головах должны были плести длинные висячие мосты с одного куста на другой, а также и дворцы, которые, благодаря мелким капелькам росы, покрывавшим их при лунном свете, казались сделанными из сверкающего стекла. Это продолжалось до солнечного восхода, а тогда маленькие эльфы скрылись в бутонах цветов, ветер подхватил их мосты и замки, и они залетали по воздуху в виде паутины.
Иоганн вышел из леса, и вдруг громкий мужской голос раздался за его спиной:
-- Эй, приятель, куда ты держишь путь?