-- Смотри, как небо заволакивается! -- сказал вдруг Иоганн и показал на небо. -- Какие там страшные тучи.
-- Нет, -- сказал его спутник, -- это не тучи, а горы, -- великолепные, большие горы, по которым можно подняться за облака на свежий воздух. Поверь мне, там восхитительно! Завтра мы, наверно, далеко зайдем в неведомый мир.
Но это было не так близко, как казалось; им пришлось идти целый день, пока они достигли гор, на которых темные леса росли до самого неба и где можно было видеть камни, почти равнявшиеся по величине целому городу. Конечно, перебраться через них было очень трудно, и надо было запастись свежими силами; поэтому-то Иоганн и его спутник зашли в гостиницу, чтобы хорошенько отдохнуть на завтрашний день.
Внизу, в буфете гостиницы собралось множество народа, потому что там какой-то человек показывал кукольную комедию. Он только что установил свой маленький театр, и зрители расположились вокруг него, чтобы посмотреть на представление. Но впереди поместился толстый мясник, заняв при том самое лучшее место. Его большой бульдог -- а вид у него был самый свирепый! -- сидел возле него и смотрел тоже на сцену, широко раскрыв глаза, как и все остальные.
Комедия началась, и это была очень хорошенькая комедия с королем и королевой во главе; они сидели на прекраснейшем троне, с коронами на головах и с длинными шлейфами, потому что их средства позволяли им подобную роскошь. Прелестные деревянные куколки, со стеклянными глазами и длинными усами, стояли у всех дверей, открывая и закрывая их, чтобы свежий воздух мог проникнуть в комнату. Да, это была прехорошенькая комедия! Но когда королева поднялась с трона и пошла по комнате, большой бульдог, -- Бог весть, что ему представилось, -- воспользовался тем, что-толстый мясник его не держал, одним прыжком вскочил прямо в средину театра и схватил королеву поперек тела, так что всё затрещало. Это было ужасно!
Бедный человек, который давал представление, очень испугался и сильно огорчился за свою королеву, потому что это была самая хорошенькая изо всех, его кукол: безобразный бульдог откусил ей голову.
Но когда все разошлись, спутник Иоганна утешил его, сказав, что он ее снова исправит, затем вынул свою коробочку и помазал куклу мазью, которой он вылечил старуху, сломавшую себе ногу. Как только кукла была смазана, она снова стала совершенно целой; она далее была в состоянии сама двигать всеми своими членами; и теперь уже не нужно было управлять ею веревочками. Кукла была словно живой человек, только не могла говорить. Человек, которому принадлежал маленький кукольный театр, очень обрадовался; теперь ему уже не нужно было держать этой куклы; теперь ведь она могла танцевать сама собою, чего не могла сделать ни одна из остальных кукол.
Когда затем настала ночь, и все люди, бывшие в гостинице, легли спать, кто-то принялся вздыхать так глубоко и так долго, что все встали, чтобы посмотреть, кто это. Человек, дававший представление, направился к своему маленькому театру, потому что вздохи раздавались именно оттуда. Все деревянные куклы лежали кучкой, -- король и все его драбанты; это они вздыхали так жалобно и вращали своими стеклянными глазами; им очень хотелось, чтобы и их, подобно королеве, намазали хоть, немного чудодейственной мазью, тогда они могли бы двигаться сами собою.
Королева сейчас же стала на колени и протянула свою великолепную корону, умоляя: -- "Отними ее у меня, но намажь моего супруга и моих придворных!"
Тогда бедный человек, которому принадлежал театр и куклы, не мог не заплакать, потому что ему стало искренно жаль их.