-- Положимъ, такъ... Но все таки, самъ не знаю почему, чуетъ мое сердце, что намъ не устоять, продолжалъ молодой офицеръ, но пока что.... Тутъ рѣчь его оборвалась, рядомъ съ нимъ упала непріятельская. бомба, зашипѣла, зарыла землю, и въ мигъ разорвалась съ страшнымъ трескомъ на нѣсколько частей.
-- Вы ранены? тревожно обратился князь къ товарищу, замѣтивъ, что по рукаву его струится кровь.
Шаховской, (такъ была фамилія молодого офицера,) уже не могъ отвѣтить; блѣднѣя и кусая губы отъ боли, онъ едва держался на сѣдлѣ.
Князь, съ помощью Степы, снялъ его съ лошади, уложилъ на случайно проѣзжавшую мимо телѣгу и повезъ къ одному знакомому священнику, жившему на окраинѣ города. Степа, конечно, тоже послѣдовалъ за нимъ. Едва успѣли они тронуться съ мѣста, какъ услыхали по близости церковное пѣніе и увидѣли, что изъ Благовѣщенской церкви вынесли чудотворную икону Смоленской Божіей Матери, которую, въ сопровожденіи крестнаго хода, понесли по направленію къ арміи; народъ, остававшійся еще въ Смоленскѣ, слѣдовалъ за святою иконою, провожая свою заступницу {Съ этого дня, икона Смоленской Божіей матери, до окончанія войны, находилась постоянно въ дѣйствующей арміи.} съ громкими рыданіями.
Священникъ кропилъ святою водой стоявшихъ по улицамъ солдатъ; на городской площади процессія остановилась,-- начался молебенъ... Непріятельскія пушки грохотали попрежнему, всѣ присутствующіе пали ницъ. Князь принужденъ былъ тоже остановиться... Но вотъ молебенъ кончился; чудотворная икона, поддерживаемая на носилкахъ, плавно покачиваясь въ воздухѣ, двинулись вмѣстѣ съ толпою впередъ; за нею двинулся и князь; съ большимъ трудомъ пробираясь по заставленнымъ войсками улицамъ, онъ, наконецъ, довезъ своего раненаго товарища до скромнаго домика знакомаго священника, отца Павла,-- жившаго, какъ уже сказано, почти совсѣмъ на окраинѣ.
-- Батюшка, вы не покинете Смоленскъ? спросилъ князь священника, когда послѣдній, увидавъ изъ окна подъѣхавшую къ его дому телѣгу въ сопровожденіи князя верхомъ на лошади, вышелъ къ нему навстрѣчу.
-- Нѣтъ, я не боюсь враговъ, имъ у меня взять нечего, да и церковь моя не богата, поживы они нигдѣ у насъ не найдутъ; а вы почему меня объ этомъ спрашиваете? отозвался священникъ, съ участіемъ взглянувъ на лежавшаго въ телѣгѣ раненаго офицера.
-- Зная вашу добрую душу, я хочу просить васъ пріютить у себя моего раненаго товарища; онъ раненъ въ плечо, положеніе его не опасно, но требуетъ ухода... Его негдѣ оставить, на улицахъ Смоленска, Богъ знаетъ, что творится!
-- Будьте покойны, Иванъ Иларіоновичъ, я употреблю всѣ мѣры, чтобы помочь вашему товарищу и скорѣе поставить его на ноги; я кое-что маракую въ лѣченьѣ, а мой маленькій убогій домикъ, какъ я уже сказалъ вамъ, для Французовъ не приманка, если они даже и займутъ Смоленскъ. Оставляйте совершенно спокойно вашего раненаго у меня, только скажите мнѣ, какъ его имя и отчество.
-- Николай Николаевичъ Шаховской, поспѣшилъ отвѣтить князь.