-- Ужасно!-- Воскликнулъ Ника.-- спаси и сохрани Богъ каждаго отъ подобнаго бѣдствія!
Гимназистъ замолчалъ; замолчалъ и Ника; нѣсколько времени оба они сидѣли задумавшись; Ника склонилъ голову на руку, а гимназистъ не переставалъ тревожно озираться на всѣ стороны.
-- Что вы такъ часто смотрите на небо?-- спросилъ его Ника.
-- Мнѣ сдается, что будетъ буря.
-- Полноте -- это вамъ такъ кажется, подъ впечатлѣніемъ нашего разговора объ ураганѣ.
-- Можетъ быть; но только мнѣ почему-то кажется, что бури намъ не миновать.
-- Перестаньте; не накликивайте бѣду, дастъ Богъ, буря пройдетъ стороной.
Костя ничего не отвѣтилъ, самъ же въ глубинѣ души, конечно желалъ, чтобы буря прошла стороной; но, тѣмъ не менѣе, предположеніе его, къ несчастію, оправдалось.
Небо мало по малому стало заволокиваться тучами,-- страшными, грозными, темными какъ осенняя ночь, вздымающимися, словно изъ за моря широкими клубами; сначала въ дали гдѣ-то показался берегъ, но скоро и его заволокло чернымъ покрываломъ. Недоброе дѣло должно быть, задумала морская гладь; штормъ очевидно надвигался не на шутку, на палубѣ началась суматоха. Капитанъ спѣшилъ отдавать приказанія, но сквозь оглушительный свистъ вѣтра, голосъ его не всегда даже былъ слышенъ. Среди пассажировъ поднялась паника.
-- Мы погибли! Капитанъ, мы погибли!-- слышалось отовсюду.