-- "Одѣтъ онъ, Ваше Величество, очень плохо, лицомъ блѣдный и на видъ болѣзненный; волосы, насколько помнится, темные, глаза тоже..."
-- "Не онъ", перебила Государыня; "тотъ, что былъ здѣсь,-- напротивъ, здоровый, краснощекій, блондинъ съ голубыми глазами, да и костюмъ у него приличный. А насчетъ бумаги, во всякомъ случаѣ, надо навести справки". Положивъ пакетъ на письменный столъ, Государыня стала одѣваться; затѣмъ, нѣсколько времени спустя, было объявлено, что пріемъ начинается.
Какъ всегда, первымъ вошелъ генералъ-полицеймейстеръ Чичеринъ.
-- "Здравствуйте, Николай Ивановичъ; что новенькаго?" обратилась къ нему Государыня.
Почтительно поцѣловавъ протянутую ему руку, Чичеринъ открылъ портфель и принялся докладывать о текущихъ дѣлахъ.
-- "Больше ничего?" спросила Императрица, подписавъ послѣднюю бумагу.
-- "На сегодня больше ничего, Ваше Величество."
Государыня взглянула на него долгимъ, пристальнымъ взглядомъ.
Этотъ взглядъ крайне удивилъ генералъ-полицеймейстера; онъ не могъ понять его значенія и продолжалъ стоять молча.
Государыня передала ему только что полученный отъ камеръ-фрау пакетъ, заключавшій въ себѣ документъ о зачисленіи Мити Куракина въ Кадетскій Инженерный Корпусъ.