Въ заключеніе приказа, Командиръ обратился къ матросамъ съ краткой рѣчью, выражая увѣренность, что они не посрамятъ имя русское въ брани съ невѣрными. Въ отвѣтъ на слова Командира раздалось дружное "ура", которое долгимъ раскатистымъ эхо пронеслось по. воздуху; то же самое повторилось и на остальныхъ корабляхъ почти одновременно.-- Нѣсколько минутъ спустя, восторженные крики затихли; на палубѣ корабля "Азовъ" появился священникъ въ полномъ облаченіи, онъ держалъ въ рукахъ крестъ и кропило, за нимъ слѣдовалъ причетникъ съ сосудомъ, наполненнымъ Святою водою; экипажъ съ состоящимъ во главѣ Адмираломъ, Командиромъ и офицерами по очереди подходили прикладываться къ Кресту.
Священникъ со своей стороны тоже сказалъ нѣсколько теплыхъ, ободряющихъ словъ, но, впрочемъ, ободрять русскаго солдата не надо, онъ и безъ того всегда радъ показать себя когда и гдѣ нужно, не страшна ему смерть за вѣру, за отечество! Не страшны никакія преграды, никакія лишенія; въ особенности въ данномъ случаѣ, когда онъ заранѣе увѣренъ въ побѣдѣ -- увѣренъ, потому что идетъ за дѣло правое!
Итакъ, покончивъ со всѣми приготовленіями, союзный флотъ, одновременно съ нашей русской эскадрой, двинулся двумя отдѣльными колоннами къ Наваринской бухтѣ; правую колонну составляли Англичане и Французы, лѣвую -- Русскіе.
По мѣрѣ того, какъ мы приближались ко входу въ бухту, суда Египетскаго паши становились для насъ настолько видимы, что мы могли ихъ пересчитать совершенно свободно; они были расположены въ три линіи, полукругомъ, упираясь однимъ флангомъ въ Наваринскую крѣпость, а другимъ въ батарею острова Сфактерія, при чемъ первая линія состояла несомнѣнно изъ судовъ большихъ размѣровъ, а вторая и третья изъ болѣе мелкихъ; весь огонь былъ, такъ сказать, сосредоточенъ въ полукружіи, вслѣдствіе чего занятая Турками позиція представлялась почти неприступною, но, несмотря на это, союзный флотъ трехъ державъ подвигался впередъ смѣло -- безостановочно.
Англійскій адмиральскій корабль "Азія" и еще нѣсколько слѣдовавшихъ за нимъ другихъ кораблей вошли въ бухту первыми, и расположились противъ двухъ непріятельскихъ линій кораблей; пока прочія суда входили въ заливъ, одну изъ Англійскихъ шлюпокъ послали арестовать первый стоявшій около французскаго корабля брандеръ, откуда немедленно былъ открытъ огонь; лейтенантъ, командовавшій шлюпкою, оказался убитымъ. Тогда фрегатъ, съ котораго была спущена шлюпка, поспѣшилъ въ свою очередь отвѣтить ружейными выстрѣлами, принудивъ такимъ образомъ всѣхъ, находившихся на брандерѣ, людей сначала зажечь брандеръ, сцѣпившійся съ Французскимъ кораблемъ "Тридонъ", а затѣмъ бросаться въ воду.
Пожаръ вспыхнулъ моментально, и кораблямъ конечно грозила бы большая опасность, если бы во-время подошедшая шлюпка съ другихъ судовъ, не поспѣшила отвести брандеръ въ сторону и загасить пламя. Одновременно съ этимъ, на Французскомъ Адмиральскомъ кораблѣ "Сирена" было сдѣлано нѣсколько выстрѣловъ; съ одного изъ Египетскихъ фрегатовъ "Сиренѣ" не замедлили отвѣтить тѣмъ же; Турецко-Египетскія войска открыли огонь по союзникамъ; дѣло начинало принимать серьезный оборотъ, въ виду чего, по распоряженію начальства, съ корабля "Азія" тоже уже вступившаго въ бой съ однимъ изъ непріятельскихъ судовъ, былъ командированъ офицеръ на другой Египетскій Адмиральскій корабль, еще не успѣвшій открыть огонь; офицеру поручалось передать противникамъ, что союзные корабли намѣрены дѣйствовать только противъ тѣхъ судовъ, которыя сами первыя откроютъ огонь, прочихъ же не тронутъ -- почему имъ и предлагаютъ сраженія не начинать; но едва только шлюпка, гдѣ находился офицеръ со своей небольшой командой, достигла борта Египетскаго корабля, какъ съ послѣдняго раздался выстрѣлъ, моментально сразившій несчастнаго посланнаго.
Несмотря на то, что все это произошло чрезвычайно быстро,-- совершившійся фактъ былъ замѣченъ съ корабля "Азія", который, не долго думая, сейчасъ же началъ дѣйствовать на оба борта, и въ концѣ концовъ уничтожилъ непріятеля.
Нашъ русскій флотъ тѣмъ временемъ входилъ въ бухту -- впереди находился 74-пушечный корабль "Азовъ". Не дѣлая ни одного выстрѣла и не обращая вниманія на тройную линію непріятельскихъ судовъ, безпрестанно открывавшихъ по нашимъ кораблямъ огонь,-- Азовъ гордо шелъ по направленію къ назначенному ему мѣсту, достигнувъ котораго, бросилъ якорь и принялся разить врага; ему пришлось драться разомъ съ 5-ю большими Турецкими судами, но ни офицеры, ни матросы -- хорошо помнившіе заповѣдныя слова: "чѣмъ ближе къ непріятелю, тѣмъ лучше" -- не падали духомъ, не теряли энергіи, глядя, какъ нѣкоторые товарищи и сослуживцы, порою, валились къ ихъ ногамъ мертвые, или -- тяжело раненые -- истекали кровью; какъ матросы, такъ равно и офицеры отличались изумительнымъ мужествомъ. Лейтенантъ Бутеневъ, напримѣръ, стоявшій около батареи, съ раздробленною рукою, несмотря на сильную боль, ни за что не хотѣлъ оставить поста до тѣхъ поръ, пока не отдастъ надлежащія распоряженія, а капитанъ I ранга Свинкинъ командиръ корабля, "Іезекиль", будучи тяжело раненъ картечью при началѣ боя, продолжалъ командовать до конца сраженія, стоя на колѣняхъ на палубѣ своего корабля, и держась за канаты.
Бой съ каждой минутой принималъ все болѣе и болѣе широкіе размѣры -- была минута, когда положеніе корабля "Азовъ" казалось небезопаснымъ -- на помощь ему явился Французскій корабль "Бреславаль", а "Азовъ ", съ своей стороны, замѣтивъ, что одинъ изъ Англійскихъ Адмиральскихъ кораблей начинаетъ терпѣть пораженіе отъ Турокъ -- принялся громить послѣднихъ; въ минуту самаго сильнаго разгрома мимо нашего русскаго корабля "Гангутъ", который тоже не дремалъ и сразу заставилъ смолкнуть грохотъ орудій береговыхъ батарей, благодаря сдѣланному имъ залпу -- пронеслось горящее Турецкое судаю;-- одна секунда и, конечно, между этими обоими судами (между нашимъ и Турецкимъ) произошло бы сцѣпленіе, результатомъ чего Гангуту бы не сдобровать, но по распорядительности начальства сейчасъ же былъ выпущенъ якорный канатъ, въ 10 саженей длины -- "Гангутъ" немедленно отретировался и опасность миновала.