Маша молча повиновалась, и -- о счастіе!-- адресъ дѣйствительно оказался въ боковомъ карманѣ ея ватной кацавейки.
-- Ну, вотъ видишь ли! А утверждаешь, что онъ въ мѣшкѣ заложенъ,-- продолжалъ городовой, взявъ изъ рукъ дѣвочки скомканную бумажку и стараясь разобрать то, что на ней было написано.
-- Я, дяденька, со страха все перезабыла,-- оправдывалась Маша;-- теперь же хорошо припоминаю, что Вѣра Львовна велѣла мнѣ положить адресъ поближе... Я такъ и сдѣлала.
-- То-то и есть -- все перезабыла, этого не слѣдуетъ; ну, да что толковать, слава Богу, кончилось благополучно; садись же на извозчика, я велю довезти тебя по назначенію.
-- На извозчика!-- съ испугомъ вскрикнула Маша:-- ни за что въ мірѣ не сяду.
-- Но какъ же быть иначе?
-- Пѣшкомъ пойду.
-- Невозможно, дурочка; это очень далеко, не зная дороги -- заблудишься.
-- Дяденька, я боюсь извозчиковъ!-- продолжала Маша сквозь слезы, и схвативъ за полу городового, крѣпко прижалась къ нему.
-- Не бойся ничего; коли я усажу -- доѣдешь отлично, извозчики меня знаютъ,-- добавилъ онъ съ улыбкою.