Мачиха между тѣмъ занемогла, и занемогла серьезно. Маша, позабывъ обиды и оскорбленія, ухаживала за нею съ безграничною преданностью. По нѣскольку разъ въ день бѣгала въ больницу, расположенную тутъ же въ деревнѣ, звала доктора, фельдшера, акуратно давала лѣкарство и вообще заботливо исполняла около больной все предписанное докторомъ, но болѣзнь съ каждымъ днемъ принимала все большіе размѣры; спасти бѣдную женщину оказалось невозможно -- она умерла послѣ тяжкихъ, продолжительныхъ страданій.
Иванъ горько оплакивалъ потерю и, конечно, подъ предлогомъ желанія хотя немного разсѣять ея, закутилъ сильнѣе. Маша опять осталась полною хозяйкою въ крошечной хижинѣ, гдѣ на этотъ разъ у нея на рукахъ еще былъ годовалый братишка, сынъ покойной мачихи, которая, умирая, поручила его ей въ виду того, что на мужа надежда плохая. Маша душевно любила маленькаго Степу (такъ звали мальчика), и старалась ухаживать за нимъ, какъ только могла и умѣла.
Пока дома тянулся запасъ провизіи и дровъ, сдѣланный при жизни мачихи, дѣло шло отлично. Отецъ уйдетъ бывало по обыкновенію съ утра, а Маша затопитъ печку, достанетъ съ полки манныхъ крупъ, сбѣгаетъ къ кому-нибудь изъ сосѣдей попросить молочка, примется варить Степѣ кашу, и тутъ же въ печку сунетъ чугунокъ съ картофелемъ для самой себя; смотришь -- и обѣдъ готовъ во-время, и въ коморкѣ тепло.
Степа ласково поглядываетъ на дѣвочку, его большіе черные глаза такъ и слѣдятъ за каждымъ ея движеніемъ, онъ знаетъ сестренку, любитъ, улыбается, когда она подаетъ ему кушать, и протягиваетъ крошечныя рученки.-- Послѣ обѣда онъ иногда сидитъ на полу, обложенный подушками, играетъ съ котенкомъ; иногда же опять жмуритъ глазки; тогда Маша, уложивъ его спать и нагрѣвъ воды, принимается стирать пеленки.
Но вотъ запасъ муки, крупы и прочей провизіи истощается; дровъ уже остается такъ мало, что можно пересчитать каждое полѣно, а на... дворѣ, словно нарочно, наступили морозы.
Прежде Маша бывало не кручинилась объ этомъ; она знала, что добрые люди не оставятъ ее, пустятъ обогрѣться и накормятъ, но теперь у нея была забота: куда пойдешь съ ребенкомъ, когда на улицѣ морозъ и вьюга такая, что глаза трудно открыть.-- Нѣсколько разъ принималась дѣвочка умолять отца бросить пить и хотя немного позаботиться о семьѣ.
Иванъ выслушивалъ ее молча, съ большимъ вниманіемъ; иногда даже на глазахъ его навертывались слезы раскаянія -- онъ выходилъ изъ дому съ добрымъ намѣреніемъ, давалъ себѣ слово удаляться отъ вредныхъ товарищей и начать зарабатывать деньги, чтобы удовлетворить домашнія нужды; но на первомъ уже перекресткѣ, встрѣтившись съ кѣмъ нибудь изъ буйныхъ друзей-пріятелей, невольно сворачивалъ съ дороги и, махнувъ рукою, съ какимъ-то дикимъ отчаяніемъ опять брался за старое.
Въ одну изъ горькихъ минутъ, когда кругомъ въ лачужкѣ стоялъ холодъ, и Степа, тихо всхлипывая въ своей люлькѣ, жалобнымъ голоскомъ просилъ кушать,-- Маша сама едва сдерживая слезы, принялась шарить по полкамъ -- нѣтъ ли гдѣ какихъ нибудь завалявшихся крупинокъ, чтобы сварить ему кашу.-- Послѣ продолжительныхъ поисковъ она наконецъ нашла въ углу подъ опрокинутой корзинкой забытый тюрючекъ съ рисомъ, и вспомнивъ, что на окнѣ стоитъ немного молока, принесеннаго утромъ сосѣдкою, весело подбѣжала къ кроваткѣ брата, обѣщая сейчасъ же угостить обѣдомъ.-- Услыхавъ такую радостную вѣсть, ребенокъ мгновенно успокоился и въ ожиданіи предстоявшаго удовольствія даже сладко вздремнулъ, а Маша хотѣла-было приступить къ дѣлу, какъ вдругъ встрѣтилось новое препятствіе -- ни въ избушкѣ, ни въ сѣняхъ, ни на дворѣ не было ни одного полѣна дровъ. Что же осталось дѣлать? Не варить обѣда и дать несчастному ребенку умереть съ голоду? Идти къ сосѣдямъ попросить нѣсколько полѣшекъ?-- Но они и то уже ворчатъ, когда она послѣднее время обращается къ нимъ то съ той, то другой просьбой, говоря совершенно основательно, что у нея есть отецъ, который благодаря Бога силенъ и здоровъ.
Машинально схвативъ съ гвоздя старенькій овчиный тулупикъ, дѣвочка накидываетъ его на плечи, покрываетъ голову платкомъ, беретъ въ руки корзинку и стремглавъ бѣжитъ въ расположенный за деревнею паркъ помѣщика Бѣльскаго, чтобы поискать тамъ прутьевъ, и хотя ими кое-какъ затопить печку.-- До парку порядочно далеко, но Маша не замѣчаетъ разстоянія, не чувствуетъ холода, а все себѣ бѣжитъ впередъ безъ оглядки.
Вотъ наконецъ прибѣжала; кругомъ такъ хорошо, тихо, покойно... деревья стоятъ неподвижно со своими обледенѣлыми, словно засахаренными вѣтками; но Машѣ ни до чего,-- она только напрягаетъ послѣднія силы, чтобы скорѣе какъ можно больше наломать этихъ вѣтокъ. Корзинка уже наполнена, остается только закинуть ее за плечи,-- какъ гдѣ-то по близости слышится шорохъ. Маша боязливо оглядывается назадъ и видитъ въ духъ шагахъ отъ себя управляющаго.