-- Отвори, бояринъ, впусти дорогихъ гостей, нежданныхъ, негаданныхъ? громко воскликнулъ о. Семенъ, взявшись за скобку.
Задвижка щелкнула; Мухановъ, изумленный всей происходившей сценой, молча впустилъ къ себѣ посѣтителей, и опять заперлись они втроемъ, и опять долго, долго разговаривали.
Анна Григорьевна рѣшительно ничего не могла сообразить; она только вопросительно глядѣла на Андрея, который, прислонившись къ стѣнѣ, стоялъ какъ вкопанный.
Но вотъ, наконецъ, послѣ продолжительнаго совѣщанія, дверь комнаты Антона Никаноровича отворилась, и невѣдомый гость, отвѣсивъ низкій поклонъ, Снова прошелъ черезъ всѣ горницы съ о. Семеномъ и самимъ Мухановымъ, вышедшимъ проводить ихъ въ сѣни.
Анна Григорьевна такъ и впилась глазами въ мужа, въ особенности, когда замѣтила, что выраженіе лица его, изъ сумрачнаго и задумчиваго, вдругъ сдѣлалось сіяющимъ.
-- Григорьевна, заговорилъ онъ какимъ-то торжественнымъ голосомъ, когда черезъ нѣсколько минутъ, проводивъ гостей, снова вернулся въ комнату,-- Ириша, гдѣ ты? спустись изъ своего терема, Андрей!-- слушайте всѣ, какую радостную вѣсть сообщу вамъ.
Анна Григорьевна, Ириша и Андрей окружили боярина.
-- Знаете-ли вы, кто такой сейчасъ былъ у насъ вмѣстѣ съ о.- Семеномъ? началъ Мухановъ почти шопотомъ и оглядываясь по сторонамъ, словно изъ страха, чтобы его кто не подслушалъ.
-- Нѣтъ, въ одинъ голосъ отозвались слушатели.
-- Бояринъ Пушкинъ... Онъ, по царскому приказу, ѣздитъ по землѣ русской, да невѣстъ для батюшки-государя сзываетъ... Вотъ и на Иришу добрые люди указали ему... И крѣпко приглянулась она боярину... потому, значитъ, на Москву всѣмъ намъ велѣно ѣхать немедленно... ко двору являться!