Едва успѣли русалки окончить эту послѣднюю фразу, какъ корабль дѣйствительно со страшнымъ трескомъ ударился объ утесъ скалы и въ одно мгновеніе оказался разбитымъ.
-- Несчастные люди!-- вскричалъ Ваня громкимъ отчаяннымъ голосомъ.-- Неужели вы не можете оказать имъ хотя какую-нибудь помощь?.. О. ради Бога, прошу васъ, помогите, помогите этимъ несчастнымъ, вѣдь они вамъ не причинили никакого вреда.
-- Еслибы мы даже были въ состояніи спасти ихъ, то и тогда бы этого не сдѣлали,-- отвѣчали русалки.-- Откуда намъ и нажиться, какъ не Съ кораблей, потерпѣвшихъ крушенія, вѣдь это источникъ нашего богатства, такъ какъ на днѣ морскомъ драгоцѣнностей находится относительно очень мало!
-- Ну, хорошо, драгоцѣнности берите себѣ, но пассажировъ-то по крайней мѣрѣ спасите -- умолялъ Ваня.-- Развѣ вы не слышите, какъ они молятъ о помощи.
-- На это не слѣдуетъ обращать вниманія,-- спокойно возражали русалки: -- пассажиры должны считать за счастье принести свою жизнь въ жертву морской царицѣ; не они первые, не они и послѣдніе... Ты обратилъ вниманіе на тѣ раковины, изъ которыхъ сдѣланъ тронъ морской царицы; это тоже когда-то. были живые люди, точно такъ же какъ и эти, которыхъ ты теперь оплакиваешь... Послѣ крушенія они всѣ пойдутъ ко дну, и тамъ по прошествіи извѣстнаго срока превратятся въ раковины...
Ваня, почти не слушалъ того, что ему говорили русалки, онъ не могъ оторвать глазъ отъ несчастныхъ погибающихъ, и доброе всегда отзывчивое къ чужому страданію сердце его обливалось кровью, а противныя русалки не прекращавшія ни на минуту своей пляски, смѣялись надъ нимъ и ликовали, благодаря тому, что такъ богато нагруженный корабль попалъ въ ихъ подводное царство.
-- Чего насупился? Радоваться надо, а не печалиться!-- обратились. онѣ къ своему спутнику, и когда замолкли послѣдніе стоны умирающихъ пассажировъ, то поспѣшно скрылись подъ водою, увлекая съ собою, конечно, и Ваню.
-- Ваше Величество, мальчика нельзя брать съ собою на поверхность моря, онъ только смущаетъ насъ слезами, да разными глупыми возгласами;-- считали долгомъ доложить королевѣ русалки.
-- Напротивъ, онъ долженъ пріучиться,-- возразила королева:-- Я приказываю вамъ обязательно брать его съ собою на поверхность моря каждый вечеръ, при чемъ, конечно, никогда не обращать вниманія ни на какія слезы, ни на какіе возгласы, хотя бы они были самые разумные!
Русалки почтительно поклонились и объявили Ванѣ, что теперь по волѣ королевы онъ долженъ сопровождать ихъ ежедневно на всѣ экскурсіи. Ваня противъ этого ничего не имѣлъ. Какъ только наступилъ вечеръ, русалки позвали его и потащили на поверхность воды; на этотъ разъ море оставалось совершенно покойно, луна свѣтила весело и на небѣ не было видно ни одной тучки; русалки принялись за свои обычныя игры, пѣли, танцовали, плескались въ водѣ; но Ваня уже не обращалъ на нихъ никакого вниманія, онъ печально сидѣлъ на скамейкѣ и молча смотрѣлъ вдаль, хотя кромѣ безконечнаго пространства воды, да только кое-гдѣ виднѣвшихся небольшихъ отмелей ничего не видѣлъ. Его такъ и тянуло домой, въ маленькій полуразвалившійся домикъ къ старой бабушкѣ, къ любимой сестренкѣ; но какимъ образомъ найти способъ привести эту мысль въ исполненіе?