Наташа нѣсколько минутъ стояла въ нерѣшимости, не зная куда ей слѣдуетъ сперва пойти, т.-е. домой къ отцу или въ графскій замокъ -- послѣднее казалось ей дѣломъ болѣе спѣшнымъ, такъ какъ она находила нужнымъ прежде всего какъ можно скорѣе возвратить сына родителямъ, а затѣмъ освободить изъ заточенія собственную сестру.
"Но куда ты пойдешь такимъ уродомъ" -- шепнулъ ей, вдругъ какой-то тайный невидимый голосъ. Она невольно вздрогнула, и случайно увидавъ въ водѣ расположенной поблизости рѣчки отраженіе собственной фигуры, съ ужасомъ отшатнулась. Она никогда и раньше-то не отличалась красотою,-- а теперь безъ волосъ выглядѣла уже совсѣмъ безобразною.
"Хорошо еще, ежели мои волосы отрастутъ когда-нибудь, а ежели нѣтъ? Послѣднее вѣрнѣе", мысленно проговорила сама себѣ бѣдная дѣвочка, и горько заплакала. Но тутъ вдругъ ей вспомнилась добрая лѣсная фея и она поспѣшила достать изъ мѣшечка третій камушекъ, чтобы подбросить его на воздухъ. Не прошло и минуты, какъ вдругъ откуда ни возьмись передъ лею выросъ кустъ душистой сирени, на одной изъ вѣтокъ которой она замѣтила небольшую баночку, наполненную помадой.
Поспѣшно открыть баночку и намазать содержимой:въ ней массой голову, было дѣломъ одной секунды.
"Что-то будетъ теперь... что-то будетъ теперь..." -- дрожащимъ отъ волненія голосомъ повторяла Наташа, снова подходя къ рѣчкѣ. И что же? за минуту передъ тѣмъ лишенная волосъ голова ея оказалась вся въ длинныхъ бѣлокурыхъ локонахъ.
-- Наташа больше не похожа на ту некрасивую дѣвочку, которая недавно унесла меня отъ злыхъ карликовъ!-- радостно вскричалъ маленькій Коля и обвивъ рученками шею своей спутницы принялся играть ея локонами.
Наташа была совершенно счастлива, она даже боялась вѣрить своему счастію, и остановившись около перваго попавшагося на пути ручейка чтобы посмотрѣть въ водѣ отраженіе собственной фигуры, на этотъ разъ даже вскрикнула отъ радости, когда увидала, что ея миловидное личико обрамляли чудные, бѣлокурые локоны. Какъ глубоко была она благодарна доброй лѣсной феѣ, и съ какимъ восторгомъ пустилась бѣжать по направленію къ графскому замку, гдѣ всѣ встрѣтили -ее съ распростертыми объятіями.
Графъ и графиня не находили словъ выразить признательность; они плакали отъ счастія -- увидавъ малютку-сына, котораго считали навсегда потеряннымъ.
Графъ первымъ дѣломъ позаботился о томъ, чтобы какъ можно скорѣе выпустить изъ тюрьмы Лизу, и когда она пришла въ ихъ покои, то началъ просить у нея прощеніе.
Лиза, отъ природы немного злопамятная, теперь послѣ всего пережитаго и перечувствованнаго, стала гораздо добрѣе, въ особенности она измѣнилась по отношенію къ сестрѣ, къ которой оставалась признательною въ продолженіе всей своей жизни.