-- Пусть твоя мама идетъ по дѣламъ одна, а ты посиди со мною.
Мальчуганъ, конечно, не заставилъ дважды повторить себѣ любезное предложеніе, и остался очень охотно, а Анна Петровна, тоже весьма довольная тѣмъ, что Федя не увидитъ, какъ она. будетъ закладывать его теплое пальто, поспѣшно направилась къ ломбарду.
Андрея, между тѣмъ, снова осадила толпа покупателей, ёлки распродавались быстро, и чѣмъ больше образовывалось вокругъ него пустого пространства, такъ какъ ёлки все уносились и уносились, тѣмъ толще становился безъ того уже туго набитый кошелекъ.
Увлекаясь выручкою, старикъ, повидимому, совершенно забылъ о существованіи своего маленькаго товарища, который ежился отъ холода, усердно потиралъ руки и дрожалъ словно въ лихорадкѣ.
Но вотъ наконецъ совершенно случайно онъ повернулъ голову по тому направленію, гдѣ стоялъ Федя; жаль ему стало бѣднягу, онъ молча снялъ съ себя сначала теплый платокъ, потомъ рукавицы, чтобы надѣть то и другое на него.
-- Какой ты добрый, дѣдушка, спасибо,-- сказалъ ему тогда Федя.
Андрей на это замѣчаніе ничего не отвѣтилъ.
-- Дѣдушка, ты даешь елки всѣмъ дѣтямъ безъ разбора, или только тѣмъ, которыя умны и послушны?-- снова заговорилъ Федя.
-- Конечно, безъ разбора; не все ли мнѣ равно.
-- Какъ не все ли равно? тебѣ навѣрное вѣдь пріятнѣе сдѣлать подарокъ хорошимъ дѣтямъ, а не дурнымъ.