Восхищеніе варшавянъ плохой, сравнительно, опереткой для меня уже совсѣмъ стало непонятнымъ, когда я, наконецъ, пошелъ въ "драматическій театръ" (Rozmaitości). Вотъ что составляетъ гордость и славу Варшавы, вотъ что стоитъ всей Варшавы! Хотя я не совсѣмъ хорошо понимаю польскій языкъ, но давно уже не испытывалъ такого высокоэстетическаго наслажденія, какое обрѣлъ въ польскомъ театрѣ, и, конечно, тогда, когда удалось мнѣ увидать знаменитаго Жолковскаго. Я настолько очарованъ игрой этого великаго, геніальнаго артиста, что рѣшительно отказываюсь здѣсь выразить весь мой восторгъ, а попробую это сдѣлать въ особой замѣткѣ. Могу сказать, что только для того, чтобы видѣть каждый вечеръ Жолковскаго, можно жить въ Варшавѣ безъ всякаго дѣла. Я помню, какой-то рецензентъ признавалъ Жолковскаго величайшимъ артистомъ въ Европѣ въ наше время, и это совершенно справедливо. Если-бы. онъ познакомилъ съ своимъ талантомъ другія страны,-- слава его была-бы всемірная. Между тѣмъ артистъ никуда изъ Варшавы не выѣзжалъ. Очень досадно! Далѣе, въ труппѣ замѣчательный ансамбль и пьесы разыгрываются безукоризненно. Г. Пражмовскій такой jeune premier, но игрѣ, шику, красотѣ и безукоризненности гардероба, что нашъ Петипа въ сравненіи съ нимъ кажется просто жалкимъ. Замѣчательно хорошіе актеры Лещинскій и Островскій. Женскій персоналъ гораздо слабѣе. Обожаемая Варшавой г-жа Висновская во многихъ мѣстахъ играетъ очаровательно, но при этомъ очень часто до невозможности гримасничаетъ и ломается. Это недостатокъ всѣхъ польскихъ актрисъ. Во всякомъ случаѣ, варшавскій драматическій театръ -- первоклассный. Сюда должны ѣздить наши актеры -- смотрѣть и учиться. Театръ небольшой, но прекрасно приспособленъ для зрителей. При этомъ цѣны ниже дешевыхъ савинскихъ спектаклей, гдѣ насъ угощаютъ невозможной драмой. Ну развѣ это не роскошь?
Однако я такъ увлекся театромъ, что не успѣю къ отходу почты еще кое-что сообщить изъ моихъ наблюденій въ Варшавѣ.
Пока до свиданія, дорогая, незабвенная, Матрена Карповна! Обнимите за меня всѣхъ моихъ пріятелей: Насосальскаго, Реброломова, Антошу, Котикова и др., только не. придушите ихъ своими объятіями,-- а то вѣдь я васъ знаю...
Да, извините, корсета не могъ здѣсь достать по вашей мѣрочкѣ. Въ магазинѣ мнѣ обѣщали соорудить вамъ таковой изъ трехъ обыкновенныхъ корсетовъ, а чтобы сдерживать ваши мощные порывы -- заказанъ венеціанскій шнурокъ: простая тесьма, говорятъ, лопнетъ.
Цѣлую васъ въ ваши "медовыя" и остаюсь съ почтеніемъ.
Октябрь 1885 года.
ПАРИЖСКІЕ ФЕЛЬЕТОНЫ.
I.
(Дневникъ заѣзжаго).
Лотъ уже болѣе недѣли, какъ я нахожусь къ этомъ,-- "центрѣ всемірной интеллигенціи". Такая масса впечатлѣній, давно забытыхъ ощущеній и мыслей волнуютъ мою душу, всецѣло занимаютъ мой умъ, что я рѣшительно не вѣрю въ возможность выразить все это моимъ слабымъ перомъ ипритомъ выразить такъ, чтобы дѣйствительно подѣлиться съ читателемъ всѣмъ тѣмъ, что не можетъ не интересовать каждаго, имѣющаго малѣйшее понятіе объ этомъ дивномъ, волшебномъ Парижѣ и даже того, кто совсѣмъ ничего не знаетъ о великой столицѣ міра. Всего удобнѣе нахожу изложеніе въ формѣ дневника, въ виду послѣдовательности впечатлѣній.