По части удовольствій и зрѣлищъ Парижа, которыми я всегда, для удовольствія читателя, заканчиваю свои описанія, этими днями мы видѣли очень много новаго и интереснаго. Между прочимъ, я считаю особенно интереснымъ посѣщеніе музея восковыхъ фигуръ знаменитаго Grévin, о которомъ, насколько мнѣ извѣстно, ни одинъ изъ парижскихъ корреспондентовъ еще не далъ подробнаго описанія. Между тѣмъ этотъ музей -- послѣднее слово искусства въ смыслѣ художественно-реальнаго изображенія сценъ изъ дѣйствительной жизни. Видя группы бесѣдующихъ между собою парижскихъ знаменитостей: Зола, Доде, Гуно, или засѣданіе палаты депутатовъ, страшныя сцены смерти адмирала Курбе и т. п., вы находитесь въ состояніи до такой степени подчиненномъ иллюзіи, что, право, уже не различаете, гдѣ живые люди, а гдѣ фигуры, и просто теряетесь.
Въ театрѣ Gaité мы видѣли сказочную феерію "Le petit poucet" (мальчикъ съ пальчикъ), въ которой показываются изумительныя чудеса по части волшебныхъ превращеній на сценѣ, картинъ и роскошной обстановки. Между прочимъ, на сценѣ въ теченіе цѣлаго акта (въ царствѣ лилипутовъ) вы видите труппу по крайней мѣрѣ изъ двухъ сотъ человѣкъ дѣтей отъ 6--9-ти-лѣтняго возраста (даже совсѣмъ младенцевъ) и вообразите, что всѣ эти дѣти положительно "играютъ". Игра, выраженіе, грація, кокетство видны въ каждомъ жестѣ, въ каждомъ кивкѣ головою.
Въ большую моду опять входятъ въ Парижѣ всякаго рода concerts, bals de nuits и заведенія въ родѣ блаженной памяти Bal mabile. Всѣ газеты говорятъ о "concerts Métra" и о возрожденіи въ ономъ классическаго національнаго канкана. Этотъ знаменитый дирижеръ прославилъ себя композиціей всевозможныхъ кадрилей. Въ громадной задѣ гуляютъ тысячи народа, публика всѣхъ возможныхъ вкусовъ, и посрединѣ, окруженныя громадной толпой, танцуютъ всего двѣ пары кадриля. Танцоры -- преимущественно приказчики магазиновъ, а дамы нѣчто невозможное. Это грязныя, бѣдно одѣтыя дѣвочки изъ категоріи прачекъ, или filles de Compagne, но что онѣ продѣлываютъ, какой это безумный, инфернальный канканъ, какое задираніе ногъ, переворачиваніе всего существа человѣческаго, это не поддается даже описанію! Эти невзрачныя грязныя дѣвочки извѣстны всему Парижу. Мы видѣли ихъ всѣхъ, и прославленную Goulve и Nana Santerelle и la Queue-Rousse, о которыхъ даже Gaulois пишетъ цѣлыя статьи. Несомнѣнно, это замѣчательные въ своемъ родѣ субъекты. Отплясавъ свой безумный канканъ, среди рукоплесканій тысячной толпы, та-же знаменитая Goulve подходитъ къ вамъ и проситъ угостить ее кружкой пива. Мы по-неволѣ заинтересовались этой дѣвочкой. У ней замѣчательно симпатичное личико, съ красивыми чертами лица, съ русыми волосами и черными глазами. Она очень молода; на видъ ей не болѣе 19 лѣтъ и, однако, ее знаетъ весь Парижъ. Имя ея встрѣчается во всѣхъ современныхъ романахъ. Она совсѣмъ не красится и лицо ея вполнѣ свѣжее, молодое. Одѣта очень бѣдно и просто, въ черное платье. Руки грязны до невозможности, но вся ея прелесть -- дивное сложеніе ногъ рѣдкой красоты. Эта ея сила и слава. Поэтому она щеголяетъ обувью и вся остальная принадлежность ножнаго гардероба безукоризненна.
Но я боюсь упрековъ въ нескромности, хотя все-же не считаю возможнымъ обойти молчаніемъ этой стороны парижской жизни, разъ ею интересуются даже серьезные органы печати.
Посѣщеніе палаты депутатовъ, академій, редакцій газетъ, а также нѣкоторыя свѣдѣнія о пребывающихъ здѣсь нашихъ компатріотахъ я постараюсь постепенно передать моимъ читателямъ въ послѣдующихъ выпискахъ изъ моего дневника. Несомнѣнно, что чисто внѣшнія впечатлѣнія парижской жизни настолько сильны, что на первыхъ порахъ они всецѣло поглощаютъ вниманіе пріѣзжаго.
Парижъ, 23 (11) ноября 1885 г.
III
(Изъ дневника заѣзжаго).
(Русская церковь въ Парижѣ. Русскіе въ Парижѣ и поляки. Чрезвычайный посолъ баронъ де-Жоренгеймъ. Внѣшняя политика, Смерть Альфонса. Тонкинская комиссія. Дополнительные выборы. Французская академія. Выходъ Кассаньяка изъ "Pays". Телефонъ. Новая опера "Сидъ", Театры. Клакеры. Музей Grévin. Г-жа Патти).
Вообразите, что Парижъ пріучаетъ къ аккуратной жизни. Каждое воскресенье мы обязательно посѣщаемъ русскую церковь. Нашъ храмъ въ Парижѣ, весьма скромный по отдѣлкѣ, въ греческомъ стилѣ, признается французами однимъ изъ замѣчательнѣйшихъ, правильнѣе, "любопытнѣйшихъ" зданій въ Парижѣ. (Cette église, est un des monuments les plus curieux de Paris. Guide de l'étranger dans Paris). Обѣдня по праздничнымъ днямъ начинается въ 11 часовъ и служится но "аристократически" -- довольно быстро,-- меньше часу. Посѣтителей храма немного: члены посольства, консульства и болѣе зажиточные обитатели Парижа, всего человѣкъ около 100. Въ кружку бросаютъ щедрое подаяніе,-- очень много золотыхъ монетъ, и собирающій ихъ русскій церковный служитель въ подрясникѣ говоритъ merci и pardon.