-- Замужество? Бракъ?-- спросила удивленно Ирена.
-- Ну да, что-же другое?
-- Да вѣдь я еще жить хочу для себя, я молода, за чтоже я отдамъ всю мою жизнь вамъ и буду жить для одного васъ?
-- Какъ за что?-- возразилъ я. Да вѣдь я тоже посвящаю вамъ всю мою жизнь, я буду любить одну васъ, заботиться о васъ, служить вамъ, лелѣять васъ. Мы будемъ обязаны другъ другу взаимнымъ счастьемъ,-- вспомнилъ я тираду изъ прошлаго столѣтія.
-- Но гдѣ-же тутъ залогъ этого взаимнаго счастія, гдѣ равенство, гдѣ справедливость?-- продолжала совершенно серьезно Ирена,-- эта будущая идеальная жена, какою она себя рекомендовала. Затѣмъ я услышалъ разсужденія этой яко-бы идеальной жены, и, признаюсь, отъ многаго пришелъ въ ужасъ. "Посудите вы, легкомысленный человѣкъ и гнусный эгоистъ!-- добавила она, безъ всякаго однако озлобленія.-- Какимъ вступаете въ этотъ союзъ вы и какою берете меня? Скажите мнѣ одно: любили-ли вы до сихъ поръ кого нибудь? Говорите одну правду: любили или нѣтъ?"
Я немного смутился...-- Да какъ вамъ сказать, это вѣдь все не такая любовь, которую я чувствую теперь.... Мало ли какія бываютъ увлеченія, въ молодости, въ особенности....
-- Однако -- любили, какъ-бы тамъ ни было?
-- Увлекался,-- повторилъ я, какъ пойманный школьникъ,-- увлекался не болѣе того, однако не настолько, чтобы связать всю свою жизнь съ любимымъ существомъ, чтобы быть преданнымъ ей одной,-- а теперь....
-- Вы обѣщаете, что увлеченій больше не будетъ?
-- О, вы одна, Ирена, будете моей святыней... и т. д.