Мистриссъ Кальдеръ, расположившись на самомъ жесткомъ и самомъ прямомъ стулѣ, вынула изъ кармана какое-то рукодѣлье, выкроенное по строгой геометрической выкройкѣ. Дѣйствія эти обозначали, что ея визитъ будетъ довольно продолжителенъ.
-- Я посѣтила васъ по обязанности, сказала она: -- и условилась съ мужемъ остаться, пока онъ не заѣдетъ за мной изъ Матлока. Какъ ни непріятно для васъ и для меня, миссъ Левэйнъ, но я должна исполнить возложенную на меня обязанность.
-- Кѣмъ? невинно спросила Юста.
-- Моимъ мужемъ и моею совѣстью, былъ отвѣтъ.-- Теперь нельзя терять времени; мы отчасти ожидаемъ нашего брата, потому что сегодня день его рожденія; онъ распорядился пріѣхать сегодня домой....
-- Вы отчасти ожидаете его? прервала Юста, ужасаясь мысли объ отмѣнѣ пріѣзда.-- Неужели вы неувѣрены, что онъ пріѣдетъ?
Мистриссъ Кальдеръ всегда была такъ непогрѣшительна въ своихъ доводахъ и догадкахъ, что никогда не обращала вниманія на вопросы, которыми прорывалась ея рѣчь.
-- И, продолжала она, тѣмъ же тономъ, какимъ начала, и почти не переводя духъ:-- такъ какъ мужъ мой поручилъ мнѣ узнать отъ васъ нѣкоторые факты, весьма важные для нашей фамиліи, то я и пришла сюда узнать ихъ.
Послѣ этого она поставила на видъ, самымъ яснымъ и самымъ убѣдительнымъ образомъ, какое важное значеніе въ государствѣ имѣетъ Крукстонское помѣстье и Крукстонская фамилія; въ противоположность этому она представила низкое происхожденіе миссъ Левэинъ, объяснивъ, что, хотя ея покойная мать и была дочь епископа, по отецъ епископа былъ пивоваръ, а дѣдъ миссъ Левэинъ, со стороны отца, былъ весьма незначительный фермеръ. Но этому всякая мысль о бракѣ между двумя такими фамиліями возбудитъ негодованіе отъ одного конца округа до другаго; говорить о другихъ смѣшныхъ несообразностяхъ, она не считала за нужное.
Мистриссъ Дорнли имѣла привычку не смотрѣть въ лицо тому, съ кѣмъ говорила; а тѣмъ болѣе, въ лицо тѣхъ, кого не любила. Слѣдовательно, она не замѣтила, что Юста,-- терзаемая сомнѣніями, столпившимися въ ея душѣ, и старавшаяся убѣдить себя, что Джорджъ, спѣша къ ней, находится отъ нея въ нѣсколькихъ миляхъ,-- не обращала на ея слова ни малѣйшаго вниманія. Озабоченная и нетерпѣливая, она не могла оставаться на софѣ, и ходила по комнатѣ встревоженная, но молчаливая.
Мистриссъ Кальдеръ переносила это терпѣніе съ равнодушіемъ стоика. Ни разу она не поправила нитки въ иголкѣ,-- ниразу не отвела глазъ отъ рукодѣлья: -- она терпѣливо ожидала, когда Юста сядетъ на софу.