-- Вѣроятно, вы имѣли причину не забывать его, замѣтилъ я.
-- А вотъ увидите. Маленькая ручка трепетала въ рукѣ моего господина, а другая ручка все крѣпче и крѣпче обнимала его. Луна сіяла такъ ярко, что свѣтъ ея не уступалъ дневному свѣту. Я видѣлъ, какъ слезы падали на плечо мистера Джорджа. Онъ спрашивалъ: неужели она въ самомъ дѣлѣ боится и печалится.... и онъ прошепталъ что-то на ухо; но она отвернулась, и не удерживая слезъ, отвѣчала: нѣтъ; и потомъ говорила, что она безъ малѣйшаго ропота будетъ переносить и позоръ и молву и даже преслѣдованіе, чувствуя въ глубинѣ души своей, что оба они не знали за собой вины, за которую бы должны отвѣчать. Нѣтъ, не того она страшилась и не о томъ сокрушалась. Она страшилась за него; и при этомъ печально посмотрѣла въ лицо мистера Джорджа. Онъ старался разсѣять ея опасенія, и увѣрялъ, что къ дню его рожденія, къ девятому іюня, когда вернется изъ Италіи, все будетъ устроено и все будетъ прекрасно. Минуты двѣ спустя, она сказала, что Богъ знаетъ, что еще можетъ случиться до того дня. Она знала, что за женщина его бывшая невѣста: знала, что эта невѣста непремѣнно сдѣлаетъ ей что нибудь дурное, и никогда не позабудетъ его отказа жениться на ней. "Узнавъ, кто ея соперница,-- и миленькое созданіе затрепетало еще болѣе -- повѣрь мнѣ, она не оставитъ насъ въ покоѣ, пока не погубитъ обоихъ." Мистеръ Джорджъ сказалъ, что, по его мнѣнію, больше всего нужно опасаться брата, особенно когда онъ, а съ нимъ вмѣстѣ и весь свѣтъ, узнаетъ.... тутъ онъ снова прошепталъ ей что-то на ухо; она снова потупила головку, но на этотъ разъ уже не плакала. Мистеръ Джорджъ поцаловалъ ее; ласкаясь къ нему, она умоляла его не ходить больше на опасные политическіе митинги. Она гордилась его популярностью, и любила отъ всей души за его благородную защиту бѣднаго класса людей. Ея мать неоднократно говорила ей, будто бы мистеръ Кальдеръ, при своемъ черствомъ, каменномъ сердцѣ, старается убѣдить стараго сквайра, что брату его не миновать висѣлицы, и что онъ уже и теперь отверженъ отъ общества.
"Я сидѣлъ на деревѣ такъ долго, что прозябь до костей, и хотѣлъ перемѣнить свое положеніе. Забывъ совсѣмъ, что при мнѣ была веревка, я выпустилъ ее изъ рукъ. Она упала прямехонько на шляпу мистера Джорджа. Испуганные, они соскочили со скамейки; мистеръ Джорджъ обнялъ станъ молоденькой лэди, чтобъ защитить ее и успокоить. Само собою разумѣется, я спустился съ дерева.
"-- Бездѣльникъ! ты насъ подслушиваешь! сказалъ онъ.
"Я признался.
"-- Кто тебя назначилъ быть моимъ лазутчикомъ? вскричалъ онъ.-- И ты рѣшился на это? ты, который ѣшь мой хлѣбъ? Кто тебѣ велѣлъ поступить такимъ образомъ?
"Мистеръ Джорджъ былъ очень вспыльчивъ.
"Я сказалъ, что меня никто не заставлялъ, и объяснилъ, какъ это случилось. Я признался, что но неволѣ слышалъ ихъ разговоръ, но такъ какъ онъ былъ добрымъ для меня господиномъ, то я торжественно далъ клятву, изъ всего ихъ разговора не сказать ни слова ни одной живой душѣ. Я высказалъ то, что было на моей душѣ. Но все это время молоденькая лэди смотрѣла на меня, приняла участіе во мнѣ и тихимъ, нѣжнымъ голосомъ сказала: "Я думаю, милый Джорджъ, ты можешь положиться на него", съ этимъ вмѣстѣ она оставила легкія усилія освободиться изъ объятій мистера Джорджа, какъ будто уже вовсе не боялась моего присутствія въ ихъ тайномъ свиданіи. Никогда не забуду ее -- никогда!
Тутъ отставной грумъ и гусаръ впалъ въ глубокую задумчивость, и втеченіе нѣсколькихъ минуть оставался безмолвнымъ, слегка понукая лошадку, чтобъ держаться наровнѣ со мною. Углубленный въ размышленія, по поводу грустнаго воспоминанія о своей прежней жизни, онъ, въ послѣдніе полчаса, позволилъ мнѣ надѣлать множество отступленій отъ правилъ верховой ѣзды; наконецъ, какое-то страшное движеніе моихъ колѣней и каблуковъ вывело его изъ задумчивости. Кротко упрекнувъ меня, онъ предложилъ пуститься въ полный галопъ.
-- Укоротите лѣвый поводъ, и троньте ее лѣвымъ каблукомъ! сказалъ онъ.-- Вотъ такъ! она пойдетъ отлично, вы будете сидѣть, какъ въ колыбели.