Въ эту минуту на палубу рухнула часть трубы и разбила на тысячи кусочковъ верхнее окно въ залѣ. Дождь захлесталъ въ отверстіе. Еще немного -- и казалось зала должна была вполнѣ обратиться въ водяной храмъ.
-- Вашъ? спросилъ мистеръ Тирльби, все сидя въ водѣ.
-- Онъ родился черезъ пять мѣсяцевъ послѣ нашей разлуки, отвѣчала миссизъ Тирльби; -- да проститъ мнѣ Господь, что я умолчала о своихъ надеждахъ! Я не хотѣла такой цѣной возвратить вашу любовь.
Мистеръ Тирльби не способенъ былъ выговорить слова. Онъ дѣлалъ всевозможныя усилія подняться изъ своей сидячей ванны, но сильная качка не позволяла ему достигнуть этого.
-- Мэри! воскликнулъ онъ наконецъ,-- и мы, въ первую же минуту нашего свиданія, не нашли слова полнаго примиренія! Возможно ли это!-- Подождите! воскликнулъ онъ, напрягая всѣ свои силы, чтобы подняться,-- еще минутку терпѣнія! я не могу не пожать вашей руки. Не правда ли: теперь, теперь ужъ вы не оттолкнете меня?
-- Сидите спокойно, просила его миссизъ Тирльби, и въ голосѣ ея слышалось безпокойство,-- вы можете упасть; самая большая опасность, кажется, прошла.
Но опасность вовсе не прошла. Все предъидущее было какъ будто слабой прелюдіей къ тому, что теперь начала творить буря. Зеркала срывались со стѣнъ и звеня летѣли въ лѣнившуюся по залѣ воду; лампа погасла; доски, сорванныя съ палубы, стучали и гремѣли о боковыя стѣны, а обломки огромной реи продавили проволочную сѣть разбитаго ими боковаго окна залы. Казалось, вся вселенная готова была разрушиться.
Мистеръ Тирльби, кое-какъ придерживаясь за шатающійся столъ, ощупью дотащился въ потемкахъ до своей жены. Она все стояла на томъ же мѣстѣ; но руки ея, ухватившіяся за желѣзный пилястръ, были холодны какъ ледъ, и сама она больше походила на мертвую чѣмъ на живую.
-- Мэри, сказалъ онъ, одной рукой обнимая жену, другой хватаясь за пилястръ, -- кто: дѣвочка или мальчикъ?
-- Мальчикъ, едва разслышалъ онъ въ темнотѣ.