-- Я тоже видѣлъ васъ въ церкви,-- отвѣтилъ Джекъ, стараясь изо всѣхъ силъ побѣдить свою робость и смущеніе. Но ему казалось въ эту минуту, что его куртка жметъ и стѣсняетъ его движенія, что сапоги у него ужасно тяжелые и грубые и оттягиваютъ ему ноги. Онъ не зналъ, куда дѣвать свои руки, и злился на себя, что онъ такой неловкій и ненаходчивый! А вѣдь всѣ его товарищи и дѣвочки въ деревнѣ считали его очень ловкимъ и такимъ молодцомъ, который за словомъ въ карманъ не полѣзетъ!
Джекъ всегда съ особеннымъ чувствомъ вспоминалъ впослѣдствіи этотъ первый вечеръ, проведенный въ домѣ учителя.
Джекъ уѣхалъ въ Бирмингемъ. Ему сразу удалось найти тамъ работу, и онъ остался. А въ это время дѣла въ его родной деревнѣ шли все хуже и хуже. Безработица продолжалась уже около мѣсяца и приняла размѣры настоящаго бѣдствія. Джекъ, получивъ письмо отъ своей пріемной матери, описывавшей ему положеніе дѣлъ, рѣшилъ немедленно поѣхать въ Стокбриджъ и посмотрѣть, чѣмъ онъ можетъ помочь своимъ близкимъ. Его новый хозяинъ отпустилъ его на нѣсколько дней, и Джекъ отправился, захвативъ съ собою небольшую сумму, которую ему удалось отложить за это время.
Мистриссъ Гаденъ очень обрадовалась, увидѣвъ Джека. Отъ взоровъ его не ускользнуло, что обстановка дома измѣнилась къ худшему, а сама мистриссъ Гаденъ похудѣла и осунулась; глаза у нея были красные, должно быть отъ дыма очага, или... отъ слезъ!
То, что она разсказала Джеку, было мало утѣшительно. Благодаря невольной праздности, большинство углекоповъ проводило цѣлые дни въ кабакахъ, пропивая послѣднее, а дома жены и дѣти чуть не умирали съ голода. Говорили, что работы начнутся на слѣдующей недѣлѣ, но на это мало надежды, да и многіе такъ отбились отъ работы теперь, что врядъ ли скоро наладится дѣло. Нарушенъ правильный ходъ жизни -- это самое главное. Семейнымъ правда выдаютъ пособіе, но его не хватаетъ на жизнь.
-- Намъ бы положимъ хватило; насъ только двое,-- прибавила мистриссъ Гаденъ и какъ то запнулась.-- Но видишь ли, эта безработица тоже выбила изъ колеи Билля, онъ скучаетъ и говоритъ, что нуждается въ развлеченіи и подкрѣпленіи силъ...
Джекъ понялъ. Онъ уже давно замѣтилъ, что въ комнатѣ не хватаетъ столовыхъ часовъ и хорошенькаго коврика, который составлялъ прежде гордость его пріемной матери.
-- Джекъ, я хотѣла сказать тебѣ -- начала мистриссъ Гаденъ нерѣшительнымъ голосомъ -- возьми и увези свои книги, сложенныя тамъ, въ твоей бывшей комнатѣ: за самую маленькую изъ этихъ книгъ все таки можно получить стаканъ пива. Я запираю комнату, но ты знаешь, когда у отца вступитъ въ голову, то вѣдь его тогда ничто не удержитъ, и твои книги могутъ пойти туда же, куда пошли многія другія вещи.
Голосъ мистриссъ Гаденъ дрогнулъ, когда она говорила это. Видно, что не легко ей жилось теперь. Джекъ, какъ въ былыя времена, взялъ ея руку и прижался къ ней щекой.
-- Я возьму нѣкоторыя изъ книгъ, которыя мнѣ могутъ быть полезны, а остальныя пусть пропадаютъ. А теперь вотъ что матушка. Я кое что скопилъ за это время, возьмите эти деньги, но не говорите ни слова отцу. Я не хочу, чтобъ мои сбереженія пошли въ кабакъ. Вы истратите ихъ на то, что вамъ нужно, а я черезъ недѣлю опять пришлю вамъ. Я зарабатываю теперь шестнадцать шиллинговъ (шиллингъ -- 50 к.) въ недѣлю, но могу жить на десять или одиннадцать, и, значитъ, пять шиллинговъ у меня остается, я буду присылать ихъ вамъ.