-- Съ чего ты это взяла, однако!-- возразилъ Пирсъ.-- Ты думаешь, что ты можешь такъ бросить насъ и мы это допустимъ? Да, коли на то пошло, такъ я самъ явлюсь туда, въ твою школу, гдѣ дѣлаютъ статуи, и, если ты добровольно не поѣдешь со мной въ Ирландію, такъ я готовъ буду за волосы потащить тебя туда.
Онъ имѣлъ такой свирѣпый видъ, когда говорилъ это, что я не могла удержаться и расхохоталась. Меня радовала мысль, что меня любятъ и будутъ желать моего возвращенія домой.
ГЛАВА XXII.
Все устраивается.
Мы прожили начало осени въ моемъ помѣстьѣ и въ ноябрѣ отецъ собрался ѣхать въ Ирландію. Мнѣ предстоялъ рѣшительный шагъ: я должна была объявить отцу, что остаюсь въ Лондонѣ, чтобы учиться скульптурѣ. Я вынесла, однако, немалую душевную борьбу, прежде чѣмъ окончательно приняла такое рѣшеніе.
-- Если это твое серьезное желаніе, то я не препятствую тебѣ,-- сказалъ отецъ.
Но мнѣ было все таки грустно и я старательно отгоняла отъ себя мысль, что онъ можетъ быть не такъ легко согласился бы разстаться съ Маргаритой.
Рѣшено было, что когда онъ съ сестрой уѣдутъ въ Ирландію, я останусь у Баррингтоновъ и буду посѣщать художественную школу. Маргарита горько плакала, узнавъ, что я не ѣду съ ними.
-- Я пріѣду, вѣдь, на вакаціи,-- утѣшала я ее.-- Потомъ, вѣдь, ты можешь пріѣзжать въ Лондонъ. Время пройдетъ незамѣтно; у тебя много дѣла въ Ирландіи; ты должна помогать тетѣ Евѣ въ ея ремесленной школѣ и заботиться о нашихъ поселенцахъ.
-- Я все это буду дѣлать,-- говорила Маргарита сквозь слезы,-- но... но... я не могу примириться съ мыслью, что тебя не будетъ съ нами.