Съ похвалой отозвался о "Каинѣ" и Гёте, уже раньше напечатавшій хвалебную статью о "Манфредѣ". Именно въ отвѣтъ на это отношеніе къ нему великаго нѣмецкаго поэта Байронъ и рѣшилъ посвятить ему "Сарданапала". Муррей, впрочемъ, почему-то выпустилъ это произведеніе безъ посвященія, и Байронъ сильно негодуетъ на это въ своихъ письмахъ. Онъ поправилъ впослѣдствіи этотъ промахъ своего издателя, посвятивъ Гете "Вернера". Это надо было сдѣлать особенно оттого, что рукописный экземпляръ "Сарданапала" съ автографомъ Байрона былъ посланъ Гёте.
Нѣкоторое сближеніе обоихъ поэтовъ имѣло мѣсто, однако, лишь нѣсколько позднѣе, когда Байронъ уже покидалъ Италію для поѣздки въ Грецію. Посредникомъ послужилъ одинъ молодой человѣкъ, нѣмецъ, бывшій въ Италіи, Стерлингъ. Гёте послалъ тогда Байрону эти нѣсколько дружескихъ поэтическихъ строкъ:
Ein freundlich Wort kommt eines nach dem andern
Von Süden her und bringt uns frohe Stunden;
Es ruft uns aus zum Edelsten zu wandern
Nie ist der Geist, doch ist der Fuss gebunden.
Wie soll ich dem, den ich so lang begleitet,
Nun etwas Traulich's in die Ferne sagen?
Ihm der sich selbst im Innersten bestreitet,
Stark angewohnt das tiefste Weh zu tragen.