Предложенныя мѣры были одобрены, и старики пообѣщали старостѣ поддержать его передъ сходомъ, когда будетъ отчитываться въ расходахъ. А мѣры для перваго раза были такія:
1) не пускать больше изъ Новой покойниковъ на свое кладбище и сейчасъ же послать объ этомъ телеграмму губернатору;
2) послать нарочнаго въ земскую больницу съ извѣщеніемъ, что въ Новой холера;
3) поставить караулы на рѣчкѣ, не давать брать изъ нея воду ни для питья, ни для другихъ нуждъ, а посылать всѣхъ за водой въ родники;
4) родники задѣлать досками такъ, чтобы ведра въ нихъ не могли пролазить и затаскивать на уторахъ нечистоту. При каждомъ родникѣ привѣсить ковшъ-черпакъ для этого, и, наконецъ,
5) въ воскресенье послѣ обѣдни собрать народъ около пожарныхъ бочекъ и прочитать ему газету съ книжкой.
Старики разошлись, а мы со старостой принялись за дѣло. Составивъ телеграмму губернатору, я поскакалъ за пятнадцать верстъ на почту. Миновалъ не безъ хлопотъ "карантины", поздно вечеромъ подъѣхалъ къ почтово-телеграфному отдѣленію. Здѣсь пришлось помытарствовать. Сначала почтальонъ пошелъ разыскивать чиновника. Я сидѣлъ на крыльцѣ и ждалъ, держа въ поводу взмыленную отъ бурной скачки лошадь съ потникомъ вмѣсто сѣдла и двумя черезсѣдѣльниками вмѣсто стремянъ.
Долго погодя пришелъ чиновникъ. Должно быть его оторвали отъ очень пріятнаго занятія:-- былъ онъ золъ и раздражителенъ со мной, но на лицѣ свѣтились остатки только что пережитаго удовольствія.
-- Ну, чего тебѣ?
Говорю: