Въ новой маленькой квартирѣ никого не принимали, за исключеніемъ неизмѣннаго Эспера Михайловича. Но ни онъ, ни Марья Львовна не смѣли заикнуться Ненси ни о "дѣлѣ", ни о ея внутреннемъ состояніи.
Совсѣмъ не религіозная, Марья Львовна теперь цѣлыми часами простаивала передъ стариннымъ фамильнымъ кіотомъ. Она не молилась, а просто недоумѣвала передъ безсиліемъ своего нравственнаго банкротства и, движимая чувствомъ самосохраненія, искала, безъ вѣры, въ молитвѣ опоры.
-- Бабушка!-- какъ-то сказала Ненси:-- я не могу... т.-е. не умѣю... или не смѣю, что-ли, просить... Ему, можетъ быть, худо тамъ... Такъ нельзя ли, чтобы облегчить... ты съѣзди...
Марья Львовна, скрѣпя сердце, поборовъ свою гордость и злобу противъ ненавистнаго ей Юрія, отправилась просить за него Пигмаліонова.
Прокуроръ встрѣтилъ Марью Львовну оффиціально, какъ простую просительницу. Онъ не вабылъ всѣхъ своихъ неудачъ въ ухаживаньи за Ненси и питалъ самыя злобныя чувства къ ней. Однако онъ сухо и сдержанно, но все-же обѣщалъ старухѣ, "въ предѣлахъ законнаго положенія вещей", исполнить ея просьбу.
Послѣдствіемъ этого разговора было то, что совершенно неожиданно для Юрія его перевели въ лазаретъ.
Тамъ каждый день сталъ навѣщать его фельдшеръ -- маленькій, бритый брюнетъ, косой на одинъ глазъ -- и разъ въ недѣлю докторъ, безпристрастно и неизмѣнно задававшій лѣнивымъ голосомъ все одни и тѣ же вопросы.
Фельдшеръ любилъ, обойдя больныхъ, отвести душу съ "интеллигентомъ ".
Свиданій съ Ненси у Юрія не было, а съ матерью они были такъ тяжелы, что онъ невольно радовался, когда истекала законная четверть часа и наставало прощаніе. Наружно бодрая, Наталья Ѳедоровна старалась всегда подбодрить и сына, но именно эта-то напускная бодрость раздражала и угнетала его еще больше: хотя благородная, но все-таки фальшь! И хотѣлось ему не разъ рѣзко и прямо высказать это, но другая благородная фальшь, вытекающая изъ боязни обидѣть, сдерживала его порывы.
Такимъ образомъ отбывались, какъ обязанность, эти свиданія и обоюдно не приносили ничего, кромѣ тяжелаго, неудовлетвореннаго чувства.