-- Я тебѣ говорилъ.
-- Ахъ, это, вѣрно, опять все тотъ же несчастный денежный вопросъ!-- возмутилась Ненси.-- Но отчего же въ Петербургѣ тебѣ можно, а въ Парижѣ нѣтъ?
-- А очень просто,-- смущенно отвѣтилъ Юрій:-- тутъ мнѣ отчасти поможетъ мать... и самъ я тоже... уроки, если не музыки -- репетиторомъ буду... Еще -- вотъ главное -- есть шансъ, что я буду принятъ даромъ...
-- Но отчего же нельзя принять помощь отъ бабушки?-- не понимаю.
Ненси, вскинувъ задорно голову, повела плечами.
-- Она... она...-- Юрій искалъ словъ, чтобы яснѣе и мягче выразить свою мысль.-- Она чужая... т.-е. не чужая... я ее очень, очень люблю, но... какъ бы мнѣ тебѣ объяснить?.. Ну, вотъ: если мать поможетъ, пока я слабъ -- и я ей буду помогать потомъ... А тутъ я чѣмъ отвѣчу? Облагодѣтельствованнымъ быть я не хочу!
-- Зачѣмъ же ты тогда на мнѣ женился?-- неожиданно и рѣзко сказала Ненси.-- Ты же зналъ, что я богата!
Лицо Юрія валилось густою краскою.
-- Зачѣмъ я на тебѣ женился?-- повторилъ онъ, какъ бы самъ для себя ея вопросъ:-- зачѣмъ? Мнѣ сердце такъ велѣло,-- онъ порывистымъ нервнымъ движеніемъ откинулъ упавшую на лобъ прядь курчавыхъ волосъ.-- Богата ли ты, или нѣтъ -- я не зналъ... не думалъ... Я... я любилъ!.. Но... чтобы такъ... всю жизнь жить за чужія средства... Я не могу!.. Лишать тебя, когда ты такъ привыкла -- я не имѣю права... Но самъ? Нѣтъ! Это было бы гнусно.
-- Ты знаешь? Въ Петербургѣ жить мнѣ невозможно,-- сдвинувъ сердито брови, заявила Ненси.-- Мнѣ доктора давно сказали, а бабушка напомнила... Тамъ для меня -- смерть!