XII.
Залы дворянскаго собранія блещутъ огнями. Одиннадцать часовъ вечера.
У небольшого, кокетливо утопающаго въ зелени пальмъ кіоска Ненси сплошной стѣной толпятся фраки и мундиры. Въ главный буфетъ, гдѣ у чайнаго стола засѣдаетъ сама губернаторша, окруженная цвѣтникомъ интересныхъ дамъ, съ очаровательной улыбкой разливающихъ чай и предлагающихъ бисквиты, то-и-дѣло прибѣгаютъ лакеи съ требованіемъ новыхъ крюшоновъ.
Ненся, въ своемъ бѣломъ, вышитомъ жемчужными бусами платьѣ, очаровательна. Лицо ея сіяетъ, глаза горятъ жаднымъ, лихорадочнымъ блескомъ. Она опьянѣла отъ толпы и успѣха. Она почти автоматически наливаетъ изъ большой хрустальной вазы въ граненые стаканчики янтарную жидкость крюшона; любезная улыбка не сходитъ съ ея алыхъ губъ, а сверкающей брилліантами ручкой она собираетъ обильную дань благотворительныхъ бумажекъ.
-- Счастье валитъ!-- шепчетъ, въ упоеніи, состоящій при ней Эсперъ Михайловичъ:-- еще немного, и у насъ въ кассѣ -- семьсотъ.
Ненси вздрогнула отъ удовольствія.
-- А, Авениръ Игнатьевичъ!.. Что вы такъ поздно?-- привѣтствовала она Лигуса, появившагося передъ кіоскомъ.
Онъ низко нагнулъ свою напомаженную голову и, снова поднявъ ее, прикоснулся губами къ протянутой ручкѣ.
-- Я былъ занять, кончалъ поэму.
-- Какія все глупости! Вы тутъ необходимы.