Убѣдясь, что мое рѣшеніе непреклонно, взялъ онъ злосчастную замѣтку, понуривъ голову отдалъ ее профессору, заливаясь слезами признался въ винѣ и добродушно покорился наказанію не выходить цѣлый день изъ комнаты и вмѣсто прогулки твердить невыученный урокъ, который мнѣ онъ безошибочно сказалъ на другой день.
Съ мѣсяцъ послѣ того мальчикъ учился очень порядочно и я уже начинала радоваться его успѣхамъ, когда новое нездоровье вынудило меня прекратить на нѣсколько дней уроки, или давать ихъ не съ тою точностію, какъ это обыкновенно дѣлалось. Ребенокъ опять сбился съ колеи, недѣлю или двѣ наше ученье шло худо, то книга пропадала, то ученикъ мой заглядѣлся на улицу,-- то не выучилъ урока, я не шутя призадумалась и не знала, что дѣлать съ такой неисправной разсѣянностью. Давно уже ежедневныя замѣтки не поднимались выше посредственныхъ, но я берегла главное самое страшное слово "очень дурно" въ крайнемъ резервѣ: пришлось опять выдвинуть и резервъ этотъ! На этотъ разъ отчаянію ребенка не было мѣры; опять онъ рыдалъ и упрашивалъ, но увидѣвъ, что я неумолима, разсердился не на шутку, схватилъ записочку, скомкалъ ее съ досадой, и швырнулъ отъ себя далеко, сказавши: "дѣлай что ты хочешь, мама, а такую ценсуру мнѣ принесть невозможно и я ее не возьму ни за что въ свѣтѣ." Я спокойно написала ее въ другой разъ и опять ему отдала. "Нѣтъ, не возьму и не уйду отсюда" закричалъ онъ, затопавъ ногами.. Очень рѣдко мнѣ приходилось замѣчать вспышку гнѣва въ моемъ кроткомъ отъ природы мальчикѣ, однако, не смотря на несродную ему вспышку, привычка взяла свое, какъ только онъ услышалъ что бьетъ 12 часовъ (а въ 12 обѣдаютъ и часомъ обѣда шутить не позволено), въ торопяхъ схватилъ шляпу, книги и убѣжалъ. Пришелъ онъ однако, когда вся семья сидѣла за столомъ.-- "Почему ты опоздалъ Дмитрій? да ты весь раскраснѣлся", заботливо спросила профессорша "что съ тобою, ты плакалъ?" "Нѣтъ я не плакалъ, а мнѣ стало жарко, я зашелъ умыться къ колодцу и напился тамъ же." (Дѣйствительно противъ Bürger shule и занимаемаго мною тогда дома стоитъ колодецъ, у котораго школьники часто пьютъ воду и умываются). "Однако чтожъ ты мнѣ не подалъ своей ценсуры" спросилъ профессоръ, глядя ему пристально въ лицо, "я вижу Дмитрій, что ты сегодня дурно учился!" "Нѣтъ" отвѣчалъ мальчикъ запинаясь "мама написала "порядочно" да я забылъ взять записку."
Разумѣется, при ежедневныхъ свиданіяхъ нашихъ открыть ложь было не трудно. На другой день въ воскресенье, Дмитрій ранехонько прибѣжалъ мнѣ сказать произвольно и хорошо выученный имъ урокъ, но видно было, что ему не по себѣ и что совѣсть въ немъ заговорила. Во время нашихъ занятій входитъ профессоръ и сейчасъ же съ непривычною торжественностію обращается къ мальчику. "Дмитрій, подойди сюда," сказалъ онъ, "ты вчера солгалъ?" Мальчикъ замялся и хотѣлъ оправдываться.-- "Запираться нечего," возразилъ профессоръ, "мама тутъ на лицо. Скажи намъ, точно ли ты отъ того опоздалъ, что умывался или отъ того, что не хотѣлъ идти?" -- "Нѣтъ, г. профессоръ, я право умывался, мнѣ не хотѣлось прійти съ заплаканными глазами." -- "Хорошо, на этотъ разъ я тебѣ повѣрю, хотя ты и не заслужилъ этого; тотъ, кто разъ унизился до обмана, тому нечего считать на довѣренность... Теперь ты видишь какъ одинъ дурной поступокъ ведетъ за собою другой; ты огорчилъ невниманіемъ добрую мать, которая жертвуетъ для счастіи твоего и сестеръ здоровьемъ, всѣми связями, удовольствіями и удобствами жизни.-- "Да я и то очень люблю маму," возразилъ Митя сквозь слезы.-- "Ты ее любишь безъ сомнѣнья, а поступаешь такъ, какъ еслибъ ее не любилъ вовсе. За твою лѣнь и вѣтренность ты заслуживаешь наказаніе, но ты сдѣлалъ еще хуже, ты солгалъ, а привыкнувъ лгать, ты по немногу забудешь совѣсть и не остановишься ни предъ какимъ дурнымъ поступкомъ!" -- "Г. профессоръ, ради Бога простите меня" просилъ Митя. "Мама, я очень виноватъ, но я, право, постараюсь лучше учиться, ты увидишь, что будешь иною довольна," и бѣдный мальчикъ продолжалъ рыдать.
-- "Послушай, Дмитрій," строго заключилъ профессоръ, "такъ какъ я еще въ первый разъ замѣтилъ въ тебѣ такой гадкой порокъ, то я накажу тебя только тѣмъ, что не позволю три дня выходить изъ комнаты никуда кромѣ школы,-- но въ другой разъ берегись!..." Послѣднія слова онъ проговорилъ такъ громко и торжественно, что всѣ четыре испуганныя дѣвочки робко стали около брата, какъ бы думая защищать его.
-- "Хотя тебѣ я не отецъ, но ты мнѣ довѣренъ, я принялъ на себя права и обязанности отца, а потому, если ты въ другой разъ солжешь, я тебя поведу въ садъ, сломлю большую вѣтвь и отлично тебя высѣку, точно также какъ высѣкъ бы я своего Вольдемара, еслибъ онъ вздумалъ солгать такъ, какъ ты солгалъ недавно."
При этихъ словахъ дѣвочки выбѣжали въ сосѣднюю комнату полныя испуга и негодованія.-- "Мы думали, что профессоръ добрый," шумѣли онѣ, "онъ ласково шутитъ, играетъ съ нами, а теперь онъ грозится высѣчь брата! Не надо любить его," предложила старшая, и остальныя согласились съ нею. "Не надо говорить съ нимъ, не хотимъ ходить къ нему въ гости, а то еще, пожалуй, онъ и насъ высѣчетъ..." хоромъ рѣшили остальныя дѣвочки. Одинъ Дмитрій рыдая заступился за профессора, говоря, что онъ очень добрый, что онъ его любитъ какъ папа, что самъ онъ навлекъ на себя его неудовольствіе...
Шалуны мои дѣйствительно нѣсколько дней косились на добраго друга своего, не хотѣли протягивать руки профессору и даже невѣжливо убѣгали, когда онъ съ ними заговаривалъ, но по немногу однако онѣ возвратились къ прежнимъ отношеніямъ, дѣтскій гнѣвъ не бываетъ постояненъ, а дѣти мои привыкли уже дорожить одобреніемъ Митина наставника. "Herr Professor, ich bin altig gewesen", "Я право не блажила" говорила г. Требсту 4-хъ лѣтняя Юлія и бѣжала къ нему, протягивая руку.
"Г. профессоръ, посмотрите какія замѣтки я получила въ школѣ," самодовольно шумѣла другая, тоже протягивая ему руку и смѣло глядя въ глаза, за то если дѣло въ чемъ-нибудь шло не ладно, онѣ безъ оглядки убѣгали и спѣшили прятаться при появленія г. Требста.
-- "Скажите мнѣ, любезный профессоръ, не разъ спрашивала я, какимъ способомъ умѣете вы добиться такого авторитета надъ дѣтьми? нѣсколько словъ вами сказанныхъ имѣли магическое вліяніе, а я десять разъ повторю тоже самое и все-таки мои поученія мало дѣйствуютъ...
-- Въ томъ и бѣда, улыбаясь отвѣчалъ профессоръ, что вы повторяете десять разъ одно и тоже, тогда какъ надо говорить одинъ разъ, только во время; прежде всего дѣти должны знать, что разъ сказанное вами будетъ исполнено.