Провожая дорогие останки, обычно говорят:
-- Мир праху твоему!
Нет, другие слова хотелось бы сказать взамен этих. ...Пусть этот дорогой прах будет для нас, для всего русского общества, источником не мира, не примирения с неизбежным, а источником вечного беспокойства, святой тоски, светлых, страстных поисков будущего!
"Современное Слово" No 1642. Статья Ал. Ожигова.
Мысль все еще не хочет примириться с большой потерей. Как-то странно чувствовать пустоту, чувствовать небытие и вспоминать ту могилу, в которой под плотным покровом земли покоится прах замечательного человека. ...Кажется, что вот-вот услышишь его громкий, бодрый голос, его жизнерадостный смех, неожиданный фейерверк острот, увидишь его крепкую рослую фигуру, его нервное лицо, его молодую, подвижную походку...
Портрет об Н. Ф. Анненском не дает в сущности никакого представления. Потому, что слишком было подвижным его лицо. Слишком он весь был одно движение, огонь и порыв. Такие лица не воспринимаются фотографией. Аппарат требует спокойной позы, известного принужденного сосредоточия в себе, известной искусственной подчиненности и неподвижности. А Анненский был всегда в походе, всегда точно в боевом настроении, и его фигура, и его лицо старца-юноши отражали ярко на себе это вечное движение.
Любопытная черта. Если строго вглядеться в лицо Н. Ф. Анненского, если приложить к нему художественную мерку красоты, -- он был некрасив. Но никто этого не замечал. Если бы кто-нибудь вслух высказался, что "Анненский некрасив", на говорившего посмотрели бы с изумлением, пожали бы плечами и отошли...
...Духовная красота Н. Ф. Анненского, эти развертывавшиеся в непрерывном водопаде его духовные богатства, его прекрасные душевные движения делали его непреодолимо-привлекательным. Кто хоть раз видел Анненского или говорил с ним, тот, уходя очарованный, никто <?, наверное, никогда > уже не забывал старого богатыря русской общественности.
Один из хорошо знавших покойного писателей метко выразился об Aнненском, что в параллель современной распущенности и проповеди аморали, покойный был ярким и живым экспонатом хорошего в человеке. Это хорошее звездами сверкало в нем; это хорошее создавало ему индивидуальный лик; это хорошее радугой светилось в нем и отражалось и на окружающих его, и рождало и в них радость жизни, которой он был, казалось, переполнен...
"Столичная Молва" No 255. Статья А. Ульянова.